Хрупкое равновесие полностью

Час пик миновал, и вагон был почти пустой. Юноши положили ноги на свободное сиденье. Манек расшнуровал туфли и снял их, разминая пальцы.

— Много сегодня ходили.

— Не стоит носить такие узкие туфли. Насколько удобнее в моих сандалиях.

— Родителей удар хватил бы, если б они увидели меня в сандалиях. — Манек потер пальцы и подошвы, потом натянул носки и надел туфли.

— Я всегда массировал отцу ноги, — сказал Ом. — А он делал то же самое дедушке.

— И это нужно было делать каждый день?

— Не то чтобы нужно — просто такой обычай. Вечерами мы сидели на плетеной скамье. Дул прохладный ветерок, на деревьях пели птицы. Мне было приятно растирать отцу ноги. Это доставляло мне удовольствие. — Юношей покачивало в такт размеренному движению поезда. — Под большим пальцем правой ноги у отца образовалась мозоль — от педали швейной машины. В раннем детстве эта мозоль смешила меня. Когда отец шевелил большим пальцем, мозоль была похожа на человеческое лицо.

Оставшуюся часть пути Ом молчал, задумчиво глядя в окно. Манек пытался развлечь его, изображая героев из «Револьвера Рани», но тот только слабо улыбнулся, и тогда Манек тоже погрузился в молчание.

— Жаль, вы не пошли с нами, — сказал Манек. — Мы получили большое удовольствие. Такие захватывающие драки!

— Нет уж, спасибо. Я и в жизни достаточно драк насмотрелся, — ответил Ишвар. — Скажи лучше, когда приедешь к нам в гости? — Мужчина чувствовал, что траты Манека на племянника накладывают на них обязательства, которые надо как-то компенсировать. — Ждем тебя в ближайшие дни на обед.

— Спасибо. Приду как-нибудь, — неопределенно ответил Манек. «Тетя Дина опять разволнуется — достаточно с нее этого похода в кино».

К счастью, Ишвар не настаивал на точной дате. Набросив чехол на швейную машину, он удалился вместе с Омом.

— Надеюсь, ты доволен, — сказала Дина. — Несмотря на мои просьбы, ты все больше сближаешься с этим парнем.

— Но, тетя, мы всего лишь посмотрели фильм. Ом первый раз был в таком большом кинотеатре. Зрелище его потрясло.

— Надеюсь, он сможет завтра шить, а ты сосредоточишься на учебе. Фильмы, где много драк и убийств, плохо действуют на мозги. Раньше снимали добрые фильмы. Немного пения и танцев, немного комедии и любовной лирики. А теперь ничего, кроме стрельбы и поножовщины.

На следующий день, словно в подтверждение теории Дины, Ом присоединил лиф седьмого размера к юбке одиннадцатого размера, убрав лишнее в складки на талии. Эту ошибку он повторил трижды, и брак обнаружили только днем.

— Не берись ни за что другое, пока не исправишь платья, — сказала Дина, но Ом словно ее не слышал.

— Не беспокойтесь, Дина-бай, — вмешался Ишвар. — Я распорю швы, и сошью заново.

— Нет, он напортачил — пусть сам и исправляет.

— Сами исправляйте, — хмуро проговорил Ом, яростно расчесывая кожу головы. — У меня башка раскалывается. Вы дали мне заготовки от разных платьев, так что вина ваша.

— Нет, послушайте его! Лжет и не краснеет! И вытащи пальцы из волос, пока не испачкал своими сальными пальцами ткань. Весь день только и делаешь, что чешешься.

Когда Манек вернулся из университета, спор еще продолжался. Портные не пошли пить чай. Манек отправился в свою комнату и плотно закрыл дверь, чтоб не слышать этих препираний. Но разногласия длились весь день, их отзвуки просачивались под дверь, и Манек чувствовал себя несчастным.

В шесть часов Дина постучалась к нему и попросила выйти.

— Эти двое ушли. Мне нужно побыть в компании нормального человека.

— Почему вы так развоевались, тетя?

— Развоевалась? Думай, что говоришь. Ты даже не знаешь, в чем дело, а сразу зачисляешь меня в виновники.

— Простите, тетя! Так что же случилось?

— Все, как обычно. Ошибки и некачественная работа. Еще спасибо Ишвару. Не знаю, что без него я делала бы. Один — ангел, другой — дьявол. Однако когда ангел водит дружбу с дьяволом, никому нельзя доверять.

— Может, Ом ведет себя так из-за внутреннего беспокойства — ведь вы их запираете, когда уходите.

— Вот оно что! Значит, пожаловался? А он хоть объяснил, почему я так делаю?

— Из-за хозяина. Но он считает, что это всего лишь отговорка. За запертой дверью они чувствуют себя чуть ли не преступниками.

— В нем просто говорит нечистая совесть. Домовладелец — реальная угроза. Смотри, чтоб тебя не провел сладкой улыбкой сборщик квартирной платы. Всегда повторяй, что ты мой племянник. — Дина начала прибираться в комнате, подбирала обрезки тканей и складывала их на нижнюю полку. — Этот Ибрагим с порога видит всю квартиру, так и вертит своими глазищами туда-сюда. Быстрее, чем Бастер Китон^[93]. Впрочем, ты слишком молод, чтобы знать Бастера Китона.

— Мама как-то упоминала его имя. Говорила, что он смешнее Лорела и Харди^[94].

— Впрочем, это неважно. Есть еще вторая причина. Если я перестану запирать портных, то могу потерять работу. Тебе известно, что Ом пытался проследить меня вплоть до экспортной фирмы? Рассказывал он это тебе? Конечно, нет. Мои крошечные комиссионные им покоя не дают. Хотя я еле свожу концы с концами.

— Давайте я напишу маме, чтоб она присылала больше денег за мой пансион?