Кит пробормотал что-то под нос, прозвучавшее подозрительно похоже на «Просто удивительно». Нив решила не обращать на это внимания – хотя бы в этот раз. Мало кто в Катерлоу мог позволить себе иметь лошадей, за исключением ее подруги Эрин. Еще девочками они выводили пару кобыл на рассвете и катались вдоль побережья. Прошло много лет, но, как Нив полагала, такое нелегко забыть.
– Ты прекрасно справишься, я уверен, – сказал Синклер.
– Тогда я скоро присоединюсь к вам. Дайте мне минутку переодеться.
– Я бы посоветовал что-нибудь темное, – сказал Кит, – грязь меньше видна.
У Нив запылали уши, когда она заметила его глупую самодовольную ухмылку.
Принц явно имел в виду маленькое происшествие в оранжерее. Девушка могла решить, что он насмехается над ней, но… Нет, она не могла даже подумать о другом варианте.
Наигранно невинно она ответила:
– Конечно, я учту ваши предпочтения, ваше высочество.
– Это не… – буркнул он, затем оборвал себя со вздохом поражения. – Мы будем в конюшне. Пойдем, Синклер!
Брови Синклера взметнулись, но он последовал за Китом без комментариев.
Нив задержалась у эркера. Крапива все еще украшала карниз и мягко покачивалась на ветру. Кит, должно быть, убрал часть ее, и теперь девушка могла беспрепятственно любоваться лужайкой за окном. Она наблюдала за тем, как мужчины вдвоем направляются к конюшне. Они оживленно разговаривали, хотя Кит, честно говоря, кричал, но разговор резко оборвался, когда Кит толкнул Синклера в заросли утесника, растущего на клумбе.
Нив поморщилась. Синклер будет неделями выдергивать колючки из этого чудесного жилета.
Даже отсюда она могла слышать, как Синклер заходится от смеха, и видела, как лицо Кита становится ярко-алым.
Как узнала Нив, авлийские леди не ездили в обычном седле. С помощью Синклера, Кита и молитвы девушку усадили в дамское седло.
Конюх сказал ей, что ее коня зовут Фердинанд, он полукровка, которому выпала сомнительная честь быть самым надежным и ласковым мерином в конюшне. Конь добродушно фыркнул, когда Нив подняла руку и похлопала его по носу. Ее зеленовато-голубые перчатки очаровательно контрастировали с его каштановой шерстью.
– За всю жизнь его не посещало ни единой мысли, – заверил ее Синклер, все еще удерживая Фердинанда за уздечку.
Кит опустился на одно колено и сцепил пальцы. Со всем своим обычным шармом и изяществом он сказал:
– Давай лезь!
Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, чего он хочет: чтобы она использовала его руки в качестве ступеньки.
– Вы уверены, ваше высочество? Я не хочу сделать вам больно.
Он вздохнул с такой яростью, что выбившиеся пряди его волос затрепетали. Она не могла понять, что его больше раздражает – ее возвращение к формальности или нерешительность.
– Ты не сделаешь мне больно. Сильный порыв ветра может унести тебя.
«То же самое можно сказать и о вас». – Она благородно воздержалась от того, чтобы произнести это вслух. Как-то странно спорить с ним, когда он стоял перед ней на одном колене. С горестным стоном Нив ухватилась одной рукой за седло, а другую положила ему на плечо. Кит казался удивительно твердым под ее ладонью и удивительно теплым, даже если между ними были кожаные перчатки для верховой езды. Она смутно осознавала, что застыла, надо двигаться хотя бы из-за нетерпеливого взгляда, который Кит устремил на нее, как будто смотрел через прицел винтовки. С большой неохотой она встала на его сцепленные руки.
– Отлично, – пробурчал он, – залезай.
С этими словами он подбросил ее вверх. Нив вскрикнула, когда ее вторая нога оторвалась от земли. Фердинанд, повернув массивную голову, наблюдал за ней с безмятежным замешательством. Как только Нив уселась на край седла, Кит поддержал ее за талию. От его прикосновения девушку обдало жаром. Юбка поднялась, обнажив голую кожу. Глаза Кита на мгновение опустились, прежде чем он резко отвернулся от нее.
– Ты в порядке? – спросил он.
– Теперь да, – выдохнула она, поправляя одежду. – Спасибо за помощь.
Он нагнулся, чтобы взять стек, прислоненный к стене. Нив увидела, что его шея стала розовой.
– Молодец, Нив, – Синклер приветливо похлопал мерина, – ты выглядишь естественно.
Кит сунул в руки Нив стек, но не отпустил поводья. Его недовольство ясно читалось на лице.
– Не будь безрассудной и хоть раз в жизни не теряй голову. Если ты упадешь, из седла так просто не выбраться. Ты перевернешься под лошадью и окажешься под ее копытами.
Девушку пронзила дрожь, но она не смогла побороть в себе порыв поспорить с ним:
– Со мной все будет в порядке. Я же как-то прожила восемнадцать лет без вашей суетливой опеки.
– Опеки? – возмущенно повторил он и наконец ослабил хватку. – Я не опекаю, просто не создаю себе неудобств.
Синклер окинул его ровным, ничего не выражающим взглядом:
– Ну что, пойдем?
Не прошло и пяти минут после начала поездки, как Нив поняла, что Кит, возможно, был прав, предостерегая ее. Хотя походка Фердинанда облегчала равновесие, она все равно чувствовала себя неуверенно, скрючившись в седле. Но хотя бы приятно ощущение ветра, проникающего под чепец, оно почти пересилило тошноту.
