Странно, но в отличие от металлического скрежета лап, тиканье не гипнотизировало, а пугало до дрожи и предупреждало о появлении чудовища. Будто кто-то специально пометил его, лишив главного преимущества.
– Тик-ток, тик…
Эльезы зазвенели громче, и тварь резко мотнула головой, за что тут же поплатилась. Один из шипов слишком глубоко погрузился в искрящуюся паутинку, но, вместо того чтобы порвать её, сломался сам.
Кузнечик зашипел раненым зверем и вскинулся на задние лапы, едва не сбив меня с ног. Я чудом успела отпрыгнуть в сторону и тут же испуганно замерла. Но чудовище даже не заметило моего манёвра… Оправившись от болевого шока, оно заскрежетало саблями с такой силой, словно от этого зависела его жизнь, а в зеркале сбоку от меня промелькнула золотая цепь.
«Ловчий змей»!
Сомнений больше не оставалось: это полукровка из госпиталя. Но как он нашёл меня?! Аргвар приложил столько усилий, чтобы изменить мою ауру, неужели всё было зря?
По комнате эхом разлился металлический перезвон, отдалённо похожий на заклинание, которое использовали юркалы. Охотник терял терпение и бросал в бой последние резервы, но с каждой секундой крылья реагировали всё слабее. Будто мои защитные артефакты всё это время обучались блокировать его магию и теперь заработали в полную силу.
Колечко потеплело, подтверждая догадки. Вот почему Аргвар с Саифом не спешили нападать! Ждали, пока дух-хранитель изучит вражескую магию и придумает, как противостоять ей.
– Тс-с-ш-ш! – так и не заметив меня, кузнечик вразвалочку похромал вглубь комнаты. А я, приободрившись, осторожно повернула голову, продолжая наблюдать за ним.
Близость любимого и помощь амулета притупили страх, позволяя подмечать важнейшие детали. Во-первых, тварь была не больна, а именно ранена!
Хрустальные наросты на её спине появились в результате магического ожога, с такого расстояния прекрасно просматривались застывшие под прозрачной коркой пузыри, язвы и специфические дымные разводы, остающиеся после атакующих плетений.
Насколько я знала, кожа кузнечиков только на вид была беззащитной, на самом деле пробить её можно было лишь зачарованной сталью, а обычные боевые плетения на монстров практически не действовали. Отсюда вытекал второй, не менее важный вывод.
Кто-то научился использовать в бою хрустальный Дар и теперь охотился на богомолов так же, как они на фэйри. Я то и дело улавливала от странных наростов и белых нитей родную магию и слышала её тихий, печальный перезвон. Ошибки быть не могло!
– Тик-ток… тик-ток…
Охотник замер и покачал головой. Осторожно, точно боясь снова повредить шипы. Похоже, эти наросты играли не защитную роль, а использовались как вибриссы у животных, обнаруживая магические потоки и движения хрустальных крыльев.
Наблюдение за тварью пугало и завораживало одновременно, я чувствовала себя уже не жертвой, а исследователем, и неотрывно смотрела на кузнечика, мысленно отмечая каждую деталь.
Особенно меня интересовали странные нити и шрамы. Теперь я не сомневалась, что с их помощью можно добить Охотника, но пока не понимала, что именно нужно делать.
– Тс-с-ш-ш!
В глубине дома вспыхнуло целительское заклинание и зазвенели отголоски огненного Дара принцессы. Тварь тут же вскинулась на лапы, реагируя на него. Но не успела я удивиться, как с пола взметнулись теневые щупальца, оплетая лапы кузнечика.
– Рца-а-а-а!
Вечернюю тишину пронзило оглушительным, мерзким визгом чудовища, напоминающим скрежет когтей по стеклу. Он просачивался под кожу, заставляя дрожать от ужаса…
– Лори, назад! – в мысли ворвался голос Аргвара, а кольцо раскалилось, отгоняя панику.
На миг дышать стало легче. Собравшись с духом, я метнулась в другой конец комнаты, увы, магии Хранителя хватило ненадолго. Только нырнула за стол, меня снова накрыло откатом, но теперь я могла видеть происходящее.
Распятая тварь бесновалась внутри чернильной паутины, а вокруг с заговорёнными клинками кружили Аргвар и Саиф. Они двигались так быстро, что взгляд не поспевал за росчерками стали, я видела лишь сверкающие вспышки и чувствовала агонию Охотника.
Тварь умирала, истекая зеленоватой слизью, но по-прежнему сопротивлялась. Яростно, до последнего вкладывая в каждый рывок вековую ненависть и злобу. Слово в трансе я наблюдала за тем, как драконы добивают монстра, нанося удары по самым уязвимым точкам, как разрастается хрустальная язва на его спине, а белые нити становятся всё толще и крепче, выпивая из богомола остатки сил.
Охотник проиграл. Ещё немного и…
Вечерний сумрак рассекла золотая вспышка, а визг раненого монстра сплёлся в унисон со звоном битого стекла. «Ловчий змей» стрелой вылетел из зеркала, метя прямо в МОЕГО дракона…
– Нет!
Казалось, что время остановилось, а страх за Аргвара заглушил здравый смысл. Не понимая толком что делаю, я выбросила руку вперёд и хрустальная магия стремительным потоком вырвалась на волю, наполняя странный артефакт на теле Охотника.
– Рца-а-а-а! – монстр осел на пол, а клинки драконов одновременно пробили шипованную спину. – Тс-с-ш-ш…
