Именно тогда магия зажглась на моих пальцах. Зелёные искры пропитали каменную кладку, и та вдруг начала осыпаться. Появилась дыра… Пока ещё небольшая, но внушающая надежду. С этих пор я уже не сомневалась! И влила куда больше силы, расширяя путь на свободу.
Густой кустарник скрывал меня от бдительных стражников, гомон толпы заглушил иные звуки… Как оказалось, магия — полезный инструмент, если уметь им пользоваться.
Я не умела. Но мой инстинкт выживания сплетался с навыками ведьмы… Так что всё получилось очень естественно. Когда впереди открылась дыра (напоминающая собачий лаз) я встала на колени и быстро протиснулась наружу. Грязь и пыль оседали на плаще, но это мелочи.
Потому что впереди была моя главная цель: лес! Этот городок соседствовал с глухими местами, совсем рядом притаилась болотистая топь. Куда ещё податься беглой ведьме? Только туда.
Я надеялась, что это сработает… Возможно, сырость отобьёт нюх, и гончие потеряют мой след? Было бы хорошо, правда! Но до топи ещё нужно добраться.
Я плохо ориентировалась на местности, поэтому бежала почти наугад, полагаясь на предчувствие ведьмы. Лес казался тёмным, недружелюбным, а страх подгонял меня в спину собачьим лаем.
«
Сможет ли он найти меня? Надеюсь. Очень на это надеюсь.
Хранитель давно стал моей путеводной звездой в этом мире. Потерять его — значит остаться в полном одиночестве. А я и без того одна… Так было в моей реальности, так случилось и здесь.
Когда я подумала об этом, в голову пришла очевидная мысль: что, если Элайза чувствовала тоже самое? Она была частью ковена, частью Эльмхаита, но никогда не получала от них поддержки. И только Валентин протянул ей руку помощи. Он стал другом ведьмы, её первой любовью…
Я едва не споткнулась, когда под ногами захлюпала болотная жижа. Запах сырости стал сильнее, намекая на скорое спасение… И тут стрела вонзилась в ближайшее дерево. А потом ещё одна — отсекая путь побега.
— Чёрт! — воскликнула я, вцепившись в край плаща.
Со всех сторон меня окружили собаки. Они были странными… С вытянутыми худыми телами, выпученными глазами. И смотрели так злобно, как крысы в подполье! Я никогда не видела таких гончих… В них было что-то пугающее, почти ненормальное.
Одна собака зарычала, припадая на передние лапы, и я испугалась. Едва вскинула руки, а с пальцев уже сорвалось зелёное пламя. Оно очертило защитный круг, не позволяя псам до меня добраться…
И тогда послышался голос:
— Элайза Эльмхаитская, я приказываю вам сдаться!
Я облизнула пересохшие губы, напряжённо вглядываясь в отблески пламени. Там стоял человек в рыцарских доспехах. Кто он? Вероятно, правая рука Валентина… Вспомнить бы его имя.
— С чего бы мне подчиняться? — прошептала, откинув край капюшона.
Больше нет смысла притворяться, меня настигли. Поймали, окружили… И теперь пытаются решить всё «мирным» путём. Забавно… Для меня такого пути не существует.
— Ведьма Элайза… Вы сбежали из-под надзора и сняли оковы карателя. Я должен арестовать вас. Подчинитесь!
— А, там был надзор? — пробормотала я себе под нос.
Удивительно… Как же плохо вы присматривали за главной злодейкой истории.
Рыцарь нахмурился и сделал шаг вперёд, подойдя почти вплотную к пламенному кругу. Я заметила капельки пота на его широком лбу. Похоже, погоня далась ему непросто… Но он без страха смотрел на ведьминский огонь. И этот шрам на левой скуле… Я, наконец, вспомнила.
Арей, рыцарь Ближнего Крыла. Благородный защитник Аскании и верный друг императора… Кажется, он был неравнодушен к Эмилии, но героически скрывал свои чувства.
Я поколебалась. Не хочу вредить ему, но… Чёрт. Что же делать? Магия Элайзы — непредсказуемый зверь, а я совсем не умею с ней обращаться!
— Я должен вас задержать. — твёрдо повторил Арей. — Даже если сгорю в этом пламени. Но на моё место придут другие рыцари.
— Ах, да… — я печально улыбнулась, опустив подбородок. — Бессмысленный героизм, что тут поделаешь.
Стоило мне пожелать — и огонь погас, оставив лишь выжженный круг. Я устало склонила голову набок, поймала взгляд Арея, а затем протянула запястья:
— Ну, хорошо. Ведите меня к императору.
Мне не хочется. Нет ни малейшего желания видеть главных героев, но… Как жаль, что этот мир беспощаден. И наша встреча всё же была предрешена.
