«Смертник» нашелся быстро: им был один из инициативных полицейских-сержантов. Слишком уж явно он старался вытащить все резонансные преступления злодеев в общество. Ну, подумаешь, после баловства с каким-то коллайдером с карты исчезла целая гора. Не надо же об этом сразу трубить. Гору, кстати, любезно насыпали назад те же злодеи.
*Башня Зла, пару днями позже*
Шиго шла по коридорам и довольно напевала какой-то приставучий мотивчик. В последнее время все у нее в жизни шло на лад. Работа мечты; хорошая зарплата, позволяющая ни в чем себе не отказывать; мужчина, который ей нравился, отвечал взаимностью; вкусная еда и тупые, но исполнительные прихвостни. Конечно, практически каждый день на этот порядок в ее жизни покушались герои, приходящие сюда в Башню. Но она была бы совершенной дурой и не получила бы того, что имела, если бы не умела отстаивать свое. Да, жизнь с тремя братьями быстро учит сражаться до конца, будь то ванная с утра или сладкое в холодильнике. Порой она самолично отправляла самых энергичных героев назад, пока доктор… Нет, не так. Пока Дрю не видел.
Она довольно покивала. Все же, несмотря на все свои странности, безумный ученый был человеком невероятно преданным и надежным. Он мог уже сотни раз сменить старика-дворецкого, бывшую героиню и толпу гастарбайтеров на куда более квалифицированный персонал. Но не делал. Хотя задумывался нанять себе лаборантов и ассистентов для исследований. Наоборот, он всячески стремился помочь своим людям. Конечно, в последнее время почти все люди такие. Но только внешне. В мире победившего капитализма всем верховодит выгода. И мало кто сможет удержаться от получения выгоды, если вопрос стоит только в смене персонала. И эти черты в нем подкупали.
А еще он умел ценить любой поступок, любое стремление, независимо от результата. Зачастую, последний был плачевным, как когда прихвостни не смогли скачать лабораторный журнал к новой «посудомойке». А потому просто раздолбали компьютер и обоссали, будто какие-то гремлины. Ни себе, ни людям. Но Дрю их не винил. Поорал, конечно, но больше для вида. Он никогда не скупился на благодарность и похвалу. «Так каждый может», — могли подумать вы. Но в детстве Шиго не хватало внимания. Ибо парней воспитывали в строгости, а методичку для воспитания девочек, видимо, прочитать забыли. Поэтому и отношение к ней было примерно таким же. Нет, ее родители вовсе не были плохими. Просто ей не доставало одобрения ее заслуг. Может, поэтому она и стала такой колкой и язвительной?
Мысли ее прервал писк «умного телефона», как называл его Дрю. Действительно удобная штука. Карты, доступ к «паутине», множество других функций. Только сделай под эту функцию нужную программу. Что, конечно, непросто. Но по сравнению с игрой в вероятности с самой реальностью уже не так впечатляюще.
Писк же сигнализировал о нарушителе. Он стоял на патрульном полицейском катере, заглушив мотор. Сам же нарушитель тоже был одет в форму полиции. Шиго аж задохнулась от возмущения такой наглостью. Полиция! К ним! Сейчас она его вышвырнет, а потом, пользуясь доступом начальника к источникам снабжения Лиги, закажет глубинные и морские мины. В последнее время все нарушители к ним нагло приплывают. Зря они что ли ПВО прикрывали?
Но выгнать нарушителя ей было не суждено. Дрю уже лично встречал его на пирсе, отдав все необходимые команды. Шиго поспешила составить ему компанию. Все же, каким бы гениальным ученым он ни был, и сколько бы ни имел в рукаве тузов, на любого найдется управа. И она должна быть рядом. Неважно, в какой момент, просто рядом. Ей стыдно было признаться, но ее радовало хотя бы физическое превосходство над Драккеном. Он мог быть умнее, его личность могла быть куда более приятной, но хотя бы так. К тому же, доказано, что тяжелая рука у женщины уменьшает количество потенциальных ссор в отношениях.
Она вышла на пирс аккурат к швартовке патрульного катера. Шиго сразу пристроилась возле начальника, снова взяв его под руку. Тот никак не мог привыкнуть к ее появлениям и такому контакту. Но одобрял. Да и сама девушка любила тактильный контакт. Может, очередной эффект ее силы? А может, опять воспитание сыграло свою роль.
— Приветствую Вас, мистер Драккен, мисс Шиго, — козырнул им офицер. Внешне ему было лет тридцать. Мощные надбровные дуги и столь же мощная квадратная челюсть, чуть выпирающая вперед. Роскошные, но грязные усы, длинные бакенбарды и взъерошенные сальные волосы, — все это в сочетании с хорошо развитой мускулатурой создавало впечатление, что перед ними либо пират, либо романтический поэт, который завязал с опиумом и перешел на сырое мясо. Человеческое.
— О, я понимаю, сержант, вы совершенно несведущи в этикете, но вовсе не обязательно называть меня «мистер». При обращении ко мне можно просто упасть на колени и коснуться лбом земли, — явно был задет