За три года родилось двенадцать младенцев, трое из которых умерли в первый год жизни. Я прилагал гигантские усилия по соблюдению гигиены, понимая, что медицина нам недоступна. Во всём поселении была одна бабка-повитуха, имевшая незначительные знания о лекарственных травах. Ещё Ада имела знания по оказанию первой медицинской помощи. Этого было мало, я каждую весну со страхом ожидал инфекционных заболеваний.
Чтобы минимизировать риск таких вспышек, строжайше было запрещено строить туалеты или хоронить отходы животных ближе, чем двадцать метров к дому. О необходимости постоянного мытья рук, напоминал каждому и при каждом удобном случае. Назначил Берди вроде смотрящего за гигиеной: парень регулярно обходил все избы, проверяя санитарное состояние.
Мыла у нас не было, но в изобилии имелась зола и глина. Я сам тщательно мыл руки каждый раз, используя оба ингредиента.
Земля у Дона оказалась плодородной: урожаи мы снимали обильные, но посевы привлекали множество хомяков, сусликов и крыс. Попросил охотников искать котят диких кошек, что попадались нам на глаза во время охоты. Только на вторую весну удача улыбнулась Шулиму: он набрёл на пятерых котят. Котят поили молоком овец и коз, пока они не окрепли. На третью весну охотники снова набрели на рожавшую кошку. Дикие кошки размером превосходили домашних, а агрессивностью не уступали своим крупнейшим сородичам.
Хотя на сусликов, хомяков и крыс охотились, они всё равно поедали часть посевов. Появились и кабаны, которых мы с удовольствием пустили в пищу. Проведя удачный рейд, удалось набросить сети на двух диких свиней. Одна оказалась беременной и принесла десять поросят, заложив основу разведения свиней.
Только к осени после первой зимы, я осуществил свою мечту, построив баньку. Остальные новгородцы такое новшество приняли не сразу, первым, кто оценил баню по достоинству, оказался киммериец Сарга. На третий год на новом месте у нас уже было семь бань, расположившихся вдоль реки.
Жители города не умели плавать, но видя, как мы с Саленко и Адой постоянно принимаем водные процедуры в реке, постепенно стали приобщаться к этому полезному навыку.
Оседлая жизнь вносит свои коррективы в уклад общества: мне постоянно приходилось разбирать жалобы людей. В большинстве своём это была мелкая бытовуха: коза съела посевы, вол затоптал курицу и так далее. Из десятка куриц и двух петухов, что мы привезли первым караваном, получилось большое птичье хозяйство. Первые два года всё было общим: животные, птицы, злаки и овощи. Но я заметил, что при таком подходе многие пытались отлынивать. Посчитав все запасы «движимого имущества», разделил между жителями по количеству душ. Саленко настоял, чтобы каждое домовладение отдавало десятую часть мне, как главе города. Это избавило меня от необходимости трудиться в поле, оставляя больше свободного времени. Ада всё равно вела небольшое хозяйство, состоящее из трёх овец, одной дойной козы и пятёрки кур с голосистым петухом. После рождения поросят в нашем хозяйстве появился поросенок, и я выбрал себе одного котёнка. Кроме этого, у нас имелось две лошади, хотя Ада редко выезжала верхом. Подросшие близнецы занимали все время, требуя неимоверного внимания и терпения.
Периодически возникала неосознанная тоска по временам, когда мы жили в Вешикоане, находились в центре событий. Несколько раз просыпался с ощущением, что нахожусь в окружении врагов и предстоит бой. Жизнь на новом месте была иной, спокойной и размеренной. Даже враги киммерийцев, от которых пострадали Сарга и его люди, не появились ни разу за три года. Мы сами предприняли разведывательный поход, перейдя по скованному льдом Дону. Описав большой полукруг с радиусом не меньше пятидесяти километров, так и не наткнулись на врага. Вероятно, на поселение Сарга напал разведывательный отряд сколов, зашедший слишком далеко на запад.
Прошло ещё три года в Новгороде, который теперь напоминал нормальный древний городок. Борясь с вечной непролазной грязью, мы организовали доставку морского галечника и вымостили основные улицы нашего городка. Для полноценной жизни не хватало торговли, но в ближайшем радиусе не было цивилизованных народов и племён. Была идея наладить торговлю с хурритами на Тереке, но путь был слишком долгим, да и сами хурриты зависели от поставок с юга. Дважды Шулим с небольшой группой воинов посещали своих соплеменников, везя на продажу пушнину и возвращаясь с инструментами и оружием.
— Нет смысла к ним ездить, — заявил мой друг, после второй поездки: — Все хурре расселились вдоль быстрой реки, каждый род решил жить отдельно.
Лицо Шулима выражало недовольство решением соплеменников. Он тоже обзавёлся молодой женой и вскоре собирался быть отцом. Берди и Ахбухч также нашли свою половину. Подросшие девочки из каравана быстро нашли себе мужей, но дефицит женщин ещё оставался.
