Мы вернулись и осмотрели висящие тела.
– Знаете, я думаю, что эти человеческие фигуры не сгнили, поскольку никогда не были живыми, – сказал Стив. – В отличие от тех, что внизу. Но те не оправдали себя, поэтому их пришлось выбросить. Другие можно завести с помощью ключика, но эти… Посмотрите вверх. Видите, у тех, кто больше похож на настоящих людей, к головам подведены провода.
Я присмотрелся и увидел тянущиеся сверху вниз скрученные кабели, исчезающие в верхней части их черепов.
– Господь всемогущий! – воскликнула Реба. Мы бросились к тому месту, где она стояла. Увиденное заставило всех нас ахнуть и лишило сил.
В ряд висели несколько тел пришельцев и людей. Мы узнали человеческие фигуры. Каждая из них была выполнена в нескольких экземплярах. Были и грубо вырезанные из дерева копии, и заводные. Наверное, некоторые их них могли находиться в той куче внизу. Мы их просто не разглядели, либо они слишком сильно сгнили, либо слишком перемешались с другими.
Это были посетители автокинотеатра.
Их копии.
Я увидел своих старых друзей, Рэнди и Уилларда… Глашатая… и многих других.
Но было и нечто еще более потрясающее.
Мы.
Наши фигуры.
Висящие в ряд. Рты открыты. Провода в голове. Заводные версии. И грубо выструганные из дерева. Голые уродцы, со всеми прелестями наружу.
– Ну разве это не дерьмо? – воскликнул Стив.
– Кажется, у меня сиськи так не висят, – сказала Грейс, разглядывая ряд своих копий.
– Черт, Джек. У тебя реально такой большой причиндал? – спросил Стив.
– Именно такой, – ответила за меня Реба.
– Поддерживаю, – сказала Грейс.
– Лучше бы я не спрашивал, – проворчал Стив.
Грейс попросила Стива поднять ее на уровень одной из ее висящих копий. Потрогала голову фигуры и сказала:
– На конце кабеля есть маленький крючок, и он вставляется в тонкую петлю на шее. Провода, они… кажется, просто втыкаются в верхушки черепов.
Грейс дернула за провода. Те отпали.
– Вот так, – сказала она. – Сейчас отцеплю эту фигуру.
Сделав это, она соскользнула вниз, и Стив опустил ее копию на пол. Мы перетащили эту фигуру на открытое пространство, где было чуть больше света.
Все нагнулись, я раздвинул волосы на ее голове и нащупал места крепления проводов к черепу. Там были маленькие бугорки, и если присмотреться, то можно было увидеть отверстия, в которые входили провода.
– Какого хрена все это значит? – спросил Стив.
– У меня есть идея, – сказала Реба. – И она мне не нравится.
– Ты о чем? – спросил я.
– Наклонись, Джек. И поверни ко мне голову.
Я подчинился. Реба провела пальцами по моим волосам и сказала:
– Я обнаружила их раньше. Просто подумала, что это родимые пятна… Они похожи на следы от проводов на голове этой фигуры.
– Подожди-ка… Совпадение. Это просто маленькие родинки или что-то в этом роде. Я даже не знал, что они у меня есть.
Реба не ответила. Просто наклонилась вперед, показывая мне свою голову. Нехотя я провел дрожащими пальцами по ее волосам. Там были маленькие бугорки.
– Такие же, – сказал я.
Грейс тоже наклонила голову. Я потрогал ее красивые светлые волосы. Те же бугорки.
Стив провел пальцами по своим волосам и сказал:
– И у меня такие же.
– Мне не очень нравится то, о чем я сейчас думаю, – сказал я.
– Сом, – произнесла Грейс. – Эд. Помните, внутри его плоти были съедобные провода. Такие большие, что мы могли их видеть. Но в нашем случае… Они маленькие. Они могут быть… должны быть внутри нас.
– Нет, – возразил Стив. – Я человек. Разве машина может испытывать голод, хотеть секса и кока-колы? Вряд ли. Черт, до того, как я попал в это безумное место, у меня была своя жизнь. Отстойная, но лучше, чем эта. У меня полно воспоминаний. Я развелся. Я вот к чему. Какому роботу захочется какать или писать?
– У каждого из нас есть своя жизнь, – произнесла Грейс.
– Нет, – сказала Реба. – Подумай. Заводные фигуры, фигуры, выструганные из дерева. Будто тот, кто их делал, учился. Добивался прогресса.
– Но разве они не могут быть просто моделями, созданными по нашему образу и подобию? – спросил Стив.
– У каждого из нас на макушке есть место для проводов, – сказала Реба.
– Это какое-то безумие, – произнесла Грейс. – Вы хотите сказать, что все наши воспоминания… искусственные?
Реба кивнула.
– Возможно.
– Мы просто чертовы роботы, – сказал Стив.
– Думаю, что технически мы андроиды, – предположил я.
– Но Восточный Техас. Наши дома… Хочешь сказать, что их никогда не было? Мы никогда не покидали этот мир? То есть, мы всегда были здесь?
– Не знаю, – ответил я. – Но вот что я вам скажу. Я очень зол. Нас поимели… Господи. Это значит, что у меня никогда не было ни матери, ни отца. Или они были машинами. Как и все остальные.
– Как и мы, – сказала Реба. – Возможно, они никогда не были твоими родителями. Возможно, все это существует только в наших головах. В наших… Господи… в наших проводах и электросхемах. Нам дали наше прошлое, а затем забросили в этот мир ради развлечения. Даже пришельцы здесь ненастоящие. Просто куклы. Сперва резиновые. Потом такие же сложные устройства, как и мы. Кто-то играл с ними, пока не придумал, как их улучшить, а потом ему стало скучно.
