– Вовсе нет, – в упор посмотрел на него, чтобы Трумв хотя бы по выражению глаз убедился в твёрдости моих намерений. Раз чуять не умеет. – Иначе просто нельзя.
– Что ж, хорошо. Переубеждать я вас не стану.
Трумв остановился возле двери из красного дерева с серебряным номером «сто шестьдесят три».
– По прибытии соберём совет, на котором обсудим вашу авантюру. А пока – вот ваша комната, отдыхайте.
– Благодарю.
Закрыв за собой дверь, выдохнул и расслабился. Трумв не был категоричным и не стал кормить завтраками. Его действия были оперативными, за возникшим вопросом сразу планирует решение – черта лидера. Хороший он староста.
Ориентируясь в темноте по подсветке, я сбросил тяжёлые оковы тёплой одежды, сложив её на стоящем возле иллюминатора стуле. Выглянув в маленькое окошко и убедившись в отсутствии молниевых вспышек, с облегчением плюхнулся на кровать. В небольшой каюте было хорошо натоплено, потому не так давно испытанный холод отчаяния начинал покидать мой ум, замещаясь уютным, убаюкивающим теплом. Тут в дверь постучали. Чутьё подтвердило присутствие Риджа.
– Герр Бонифац, можно войти?
– Да, Коди, входи.
Закрыв за собой дверь, юноша в нерешительности застыл на пороге.
– Проходи, садись, – показал рукой на свободный стул, – как ты себя чувствуешь?
– Благодарю, уже лучше, – сев напротив, Коди в нерешительности помедлил, решая, как начать диалог.
– Думаете, мы оторвались?
– Без сомнений, – уверенно кивнул. – Я присутствовал в рубке и видел всё своими глазами. Дорианна вместе со вторым авиатором буквально вытащили наш аэростат из опасной зоны.
Коди рассеяно кивнул, видно, что не это его тревожило.
– Я пришёл поговорить с вами о Ватике. Простите, что именно сейчас, – спохватился он.
– Ничего страшного, – перебил юношу. – Ты хотел узнать что-то конкретное?
– Когда мы отправляемся?
– Я переговорил с Трумвом. По прибытии в посёлок он соберёт совет, там всё и обсудим.
– Хорошо.
Немного помолчав, Коди собрался с духом.
– Герр Бонифац, вы готовы рискнуть своей жизнью?
Потерев ладонями уставшие глаза, неопределённо хмыкнул. К такому вопросу я точно не был готов.
– В последнее время мы находимся в перманентном состоянии опасности. Риск присутствует всегда.
Коди отрицательно покачал головой.
– Одно дело рисковать, избегая последствий, и другое – целенаправленно бросаться в омут Ватики.
– Если моя жертва прекратит страдания сотен, то так тому и быть.
Я ответил, ни секунды не размышляя. Не хотелось думать над ответом, он был единственно правильным.
– Благодарю, – Коди поднялся. – Тогда нам надо отдохнуть перед советом.
– Коди, – задержал его. – Ты хотел спросить меня только об этом?
– В голове моей путаница, – загривок Риджа затопорщился, – эти… молнии, «Пята пса», «Метеора». Я знаю, что мы ценой наших жизней сделаем всё возможное для предотвращения выработки лжеэфира, однако чутьё подсказывает, что приносить себя в жертву – неправильно.
– Коди, – посмотрел ему прямо в глаза. Привыкнув к темноте, я прекрасно видел его лицо, – зачем тебе всё это?
– В смысле? – непонимающе вздёрнул песочными ушами юноша.
– Может, останешься с дийцами?
– Что? Нет!
Вдобавок к своим словам Коди отрицательно зажестикулировал.
– За кого вы меня держите, герр Бонифац? Я своих не бросаю!
– А как же твои близкие?
– К ним не вернуться. Только с вами вместе, до конца.
Пригладив рукой вздыбленную шерсть, он продолжил:
– Простите меня за подобный вопрос. Мне было важно ваше мнение, чутьё, конечно, может быть обманчивым.
Развернувшись, юноша поспешил к выходу.
– Коди, – окликнул его снова, – не стоит игнорировать своё чутьё.
Склонив голову в знак согласия, Коди затворил за собой дверь. По витавшей решимости, было ясно, что от намерений своих он не отступит.
Повалившись на спину, задумался. Положить во имя общего блага свою жизнь мне действительно ничего не стоило, но готов ли я ради этого пожертвовать другими жизнями? Нет. Определённо нет.
Несмотря на усталость во всём теле, сон отказывался приходить. В тщетных стараниях отогнать гнетущие мысли, я остановился на одной, которая и позволила погрузиться в безвременье: «Непременно, во чтобы то ни стало, я сохраню своих спутников».
Рука об руку, пальцы скрещены. Я перевёл взгляд выше, выше распростёрлись бескрайние холмы. Эти холмы были громадными и гладкими, словно накрытые гигантским белым одеялом. Нет, это не холмы, а огромные возвышающиеся стены, внушительные стены изо льда. Горы. Неужели я уже по ту сторону? Куда мне идти? Обжигающее касание щеки, запах пера. Феникс. Я иду правильно, но рука об руку… Мне придётся тебя отпустить.
– Герр Бонифац.
Стук в дверь.
– Герр Бонифац.
– Да?
Приподнявшись на кровати, почувствовал, как вспотели мои ладони, да и не только ладони – всё тело покрылось испариной. В каюте было тепло, даже жарко, но дело, конечно, было не в этом, а во сне, который спустя долгое время решил повториться. Кого это я должен отпустить?
– Это Мартын. Я пришёл за вами на совет.