Кит на краю света полностью

– Мы не сможем этого сделать, – сказал он. – Прилив слишком слабый, сейчас очень темно, а мы все еще в двух днях пути от Сэндбэнкс.

Но Лью Кауфман усмехался. В холодном сиянии огней гавани его старое морщинистое лицо казалось оживленным.

– Кто сказал, что мы должны плыть? – спросил он. – Они снова открыли дорогу. И на машине всего четыре часа езды.

Том выглядел смущенным.

– Но у нас нет машины…

– Нет. Но она есть у Джо. И я держу пари, он сможет найти достаточно топлива, чтобы мы добрались домой.

Повисла странная тяжелая тишина.

– Пожалуйста, дедушка… давай сделаем так, – попросила Кэсси.

Джо покачал головой.

– Это купе. В нем не поместятся пять человек… – но это может сработать. Элвин вернул ему ключи. А на складе все еще оставалось горючее.

– А четверо поместятся?

– Да, но…

Лью протянул руку.

– Когда валюты падают, – произнес он, – нам нужны другие средства обмена. Обменяете свою машину на мою лодку?

Деревню окутала туманная утренняя дымка. Что-то похожее произошло и с Джо. Он сидел на кладбищенской скамейке. Где он научился такому терпению? Прошел час. Другой. И вот с холма в сторону деревни спускается Элвин Хокинг с Библией в руке.

Он попытался открыть дверь дома священника.

– Полли?

Она стояла перед ним в джинсах-хипстерах и мужской рубашке для рэгби.

– Джо!

Они стояли, на разных концах, а между ними простиралась пропасть.

– Счастливого Рождества, – сказал Джо. – Вчера у меня не было возможности тебя поздравить.

– Это говорили повсюду, – ответила Полли.

– Да, – согласился Джо, – говорили.

– Это правда?

– Я думаю, да.

– Ты искал Элвина?

– Нет. Я хотел увидеть тебя.

Ни один из них не пытался преодолеть пропасть. Длинный коридор с позолоченным зеркалом, полированным столом и тяжелой Библией, простое распятие над лестничной клеткой – это все казалось преградами, которые невозможно преодолеть.

– Нам не о чем говорить, не так ли? – спросила Полли. – Уже нет.

Джо сделал шаг вперед, но она отступила в тень.

Он вздохнул.

– Я подумываю об отъезде.

Ее лицо замерло.

– Уезжаешь из Сент-Пирана?

Он кивнул. В настенных часах вращались и щелкали колесики.

– С этими друзьями?

– Нет. Они уехали прошлой ночью.

Она задумалась.

– Куда ты пойдешь?

– Посмотрим.

Она сделала шаг вперед, и ее лицо осветил луч света из окна первого этажа. Ее лицо сияло, а на щеках играл румянец, поэтому в холодном декабрьском свете оно казалось почти теплым.

– Я хочу, чтобы ты пошла со мной, – произнес он.

Они застыли, словно на фреске: он колеблется, а она отступает. Прозвенели настенные часы.

– Я не могу, – ответила она.

– Почему?

Ее лицо, казалось, подсказывало ему ответ.

– Я не понимаю, – пояснил он.

– Что ты не понимаешь, Джо? Я же уже говорила тебе. Ищи другую девушку. – Боже, в тени она была такой красивой. Рубашка висела на ней, как палатка, но под ее складками скрывались загадки.

– Зачем ты так? До того, как мы с Элвином ушли в башню, мы с тобой были друзьями. Я думал, что мы больше, чем просто друзья. Я считал, что нравлюсь тебе.

– Ты мне нравишься, Джо, – тихо сказала она.

– Тогда почему ты меня избегала? Почему ты оттолкнула меня той ночью на кладбище?

Она пожала плечами. Казалось, что этот разговор ее раздражает.

– Ты заслуживаешь лучшего, – прошептал он.

Полли покачала головой и нахмурилась.

– Я? Я действительно заслуживаю лучшего? Что я для этого сделала? – Она подошла чуточку ближе и протянула руки. – Я сделала что-то великое? Я – замечательный гуманитарий? Учительница? Целительница? Что я сделала? А? – Она посмотрела на него пронзительным взглядом. – Или я заслуживаю лучшего, потому что мои скулы выглядят так, а грудь выпирает вперед, и мои глаза, бедра и талия выглядят вот так?

Джо качал головой, но не мог подобрать слова.

– Ты даже не знаешь меня, Джо. Вовсе нет. Ты думаешь, что знаешь, но только по той причине, что однажды мы вместе проехались на машине. Потому что я проявила к тебе интерес, когда ты в этом нуждался. Но это не значит, что ты меня знаешь. Вовсе нет. Так почему же я заслуживаю лучшего? Потому что я прекрасный и замечательный человек, мнение которого никогда не учитывают? Или потому что я кокетка, которая может цеплять мужчин подобно тому, как Дэн Робинс цепляет рыбу? Или потому что ты хочешь затащить меня в постель, Джо Хак?

Он отвел взгляд, ощутив неловкость из-за подобного вопроса.

– Дело не в этом, – произнес он.

– Разве не так?

Он хотел произнести слова: «Я люблю тебя, Полли Хоккинг». «Я люблю», – эти слова застряли у него в горле, даже не достигнув языка. «Теперь ты меня пугаешь», – так сказала Клэр Маннерс. И он даже не был уверен, что эти слова являлись правдой. Он сам хотел, чтобы они были правдой. Но, возможно, его глаза рассказывали другую историю. Половина деревни считает, что мы делаем это, как кролики. «Я действительно тебя хочу» – по крайней мере, это было правдой. Он хотел ее.

– Ты заслуживаешь меня, Джо Хак?

Он покачал головой и на его глазах внезапно выступили слезы.