Кит на краю света полностью

– Я знаю. Но с этим можно не согласиться. На мой взгляд, когда это случится, обязательно начнется война. Вспомните Гоббса, Джо. Вспомните «Левиафана». Война всех против всех. Нация сделает все возможное, Джо, чтобы защитить свои интересы. Единственное, что может быть сильнее личной выгоды – это национальные интересы. И этот вид войны намного проще, чем посылать людей и технику.

– Наверное.

Старик наклонился настолько близко, что можно было почувствовать запах разложения из его легких.

– Даже бездействие может являться актом войны, Джо. Если одной стране нужна помощь, а другая страна отворачивается, то это можно расценивать актом агрессии – будь это случайно или специально, когда так происходит, ни одна страна больше не может рассматривать другие страны в качестве союзников. Но не в том случае, если начинается война за ресурсы. Когда стране нужно будет защищать свои ресурсы, ей придется отбиваться от тех, кто пожелает их заполучить. – Он шумно вздохнул. – И второе слово, которое выдала «Кэсси», второй значимый фактор, который способен вернуть нас в каменный век, Джо, это слово – «грипп».

– Я не понимаю, – сказала Полли. Они стояли на вершине холма и смотрели на город. – В гриппе нет ничего особо опасного.

– Разве?

– Нас каждый год пугают этим гриппом. Птичий, свиной, азиатский. И они никогда не причиняют столько ущерба. А сейчас появится очередной грипп, об этом уже говорили в утренних новостях. Это не кажется таким уж важным. – Девушка наблюдала за его реакцией. – Это тебя пугает?

– Я не боюсь, – ответил Джо. Или все же боится? Возможно, как и Кауфман, он просто смирился с неизбежным.

– Тогда в чем дело?

– Общество кажется нам эластичным. Нам кажется, что мы можем справиться с любыми жизненными обстоятельствами, но при этом мы допускаем ошибку. Сложность – вот наша слабость. В средние века по Европе прокатилась волна «черной смерти». Она убивала одного из трех человек, но цивилизация все равно не пострадала. И теперь мы думаем, что так будет всегда. Даже после того, как оспа выкосила треть населения Рима, и империя не восстановилась после этого удара. Она пришла в упадок. Так что же было по-другому? – Джо улыбнулся ей. – Рим был слишком сложным, – сказал он. – Погибли ключевые люди, которых нельзя было заменить. Не осталось людских резервов, чтобы сдержать набеги варваров. Одна крупная эпидемия привела к упадку, а если произойдет серия эпидемий – она положит всему конец.

Девушка смотрела вдаль – на скалы и море позади него.

– Я понятно объясняю? – спросил он.

– Немножко.

– Немного. Ладно, это уже больше, чем я надеялся. – Он вытянул ноги и лег на траву. – В средние века почти каждый был фермером. Большинство ферм производило достаточно еды для своих семей, а небольшая часть урожая шла на продажу. Когда разразилась эпидемия чумы, фермы продолжили свою работу. Работать стало тяжело, да, но и количество голодных ртов тоже уменьшилось. Римляне, напротив, были исключительно городскими жителями. Прямо как мы. Когда оспа пришла на римские фермы – они перестали работать, транспортная сеть развалилась, а города начали голодать.

– Можно одолжить твою куртку?

– Держи, если нужно. – Он снял ее и протянул ей. Полли разложила куртку на траве и легла рядом.

– Я все еще думаю, что это абсурд, – произнесла она. – У нас постоянно случаются вспышки гриппа.

– Не совсем. Это не эпидемии, которые убивают большое число людей. Во время гриппа 1918 года погибло свыше пятидесяти миллионов человек. Может, сто миллионов. Это примерно каждый двадцатый в мире. Вот на что способен грипп.

– Но цивилизация же не рухнула.