«Джентльмен» — это вежливая, с открытым характером личность, которая никогда не станет обижать других преднамеренно. Данному определению Симба соответствует идеально, как, впрочем, и всякий другой хищник (за исключением человека). Как пишет Карл Экли: «Лев — джентльмен всегда. Если его не трогать, он не тронет и вас». Но существует и иное мнение о джентльмене: это тот, кто беззаботно купается в своем величии, проявляет огромное чувство собственного достоинства, обладает внешностью щеголя, но при этом прилагает все усилия, чтобы ничего не делать. И вот под это определение Симба подходит более всех животных на земле; добивается он такого на редкость ленивого образа жизни с помощью классического способа, присущего его разумным соседям по Африке: у него есть жена, а то и несколько, которые и удовольствие ему доставляют, и работают за него.
Терпеливая, трудолюбивая африканская жена и детей нянчит, и поля возделывает, и маниоку толчет, и одежду стирает, и цыплят кормит. А муж тем временем полеживает в тенечке, покуривает, вырезает скульптурки из дерева, занимается сплетнями или торговлей и болтает, болтает, болтает со своими друзьями, такими же джентльменами, как и он. И может быть, вы не поверите, но африканские женщины, обожающие своих детей и свои семейные обязанности, никогда не устраивают истерик и не страдают нервными заболеваниями, как но происходит с эмансипированными дамами Западного мира. На это у африканских женщин просто не хватает времени.
Да, если движение суфражисток когда-нибудь достигнет африканских племен, то тогда их мужчины узнают, по чем фунт лиха. Но до той поры африканским мужьям — и львам — можно только позавидовать.
Как только львята окрепнут не падая, львица-жена — Симба Джике, как ее называет местное население, — и окружении своих отпрысков выслеживает, ловит и убивает добычу, в то время как ее царственный супруг, Симба Думе, с одобрением наблюдает за ее действиями. Если жена или жены загоняют огромную и опасную добычу, например южноафриканского буйвола, то он может и помочь иногда. И в том, и в другом случае, как только животное убито, лев немедленно расталкивает все семейство, чтобы получить свою «львиную долю».
Эти основные принципы львиного этикета прелестно описала Джой Адамсон в своей книге «Рожденная свободной». Чтобы вернуть воспитанной ею львице свободу, требовалось познакомить ее с какой-нибудь львиной компанией и их укладом жизни. Для этого надо было найти Эльсе предполагаемого кандидата в женихи и поразить будущего мужа ее талантами домашней хозяйки. Поэтому миссис Адамсон собственноручно приволокла красавцам холостякам труп зебры в качестве приданого, но затем ей пришлось утешать свою сбитую с толку любимицу, потому что поклонников интересовало мясо, а никак не невеста. Как сухо заметила Джой Адамсон: «А львы не обращали на нее никакого внимания, их занимало только мясо»[4].
Мужские и женские особи других разновидностей кошачьих, которых примерно тридцать шесть, мало общаются до или после спаривания, некоторые из них живут потом вместе, но недолго. Самцы не проявляют отцовских инстинктов по отношению к своим детям-котятам, а представители одного пола редко дружат друг с другом. Эти животные, начиная с американской пумы, крайне сообразительной и очень независимой, и кончая индийским тигром, зверем храбрым и самоуверенным, чаще всего гуляют сами по себе.
Симбе, на удивление, присущ дух коллективизма. Он единственный из семейства кошачьих живет в стае. В своей небольшой общине лев заключает длительные браки, ухитряясь иметь одновременно несколько жен, которые не враждуют между собой. В присутствии своих отпрысков он любит изображать доброго патриарха и поддерживает дружеские связи с другими взрослыми самцами.
Симба Джике во время охоты или обороны от охотников человеческого вида ведет себя более активно и агрессивно. К тому же она способна поддерживать платоническую дружбу
Представители львиного коллектива, вне зависимости от пола, общаются друг с другом очень дружелюбно. Встретившись после краткой разлуки, во время которой львица охотилась, а бездельник-лев гулял, они трутся носами, лижут друг другу морды или ласково трутся щеками и телами. Самцы постарше ведут себя более сдержанно и пытаются сохранять суровое достоинство, но их хватает ненадолго, и они укладываются с другими львами. Львицы с львятами порой забираются на дерево, цепляясь лапами за ветки, относясь с полным безразличием к распространенному убеждению, что львы по деревьям не лазают. Гораздо чаще вся группа дремлет под тенистой кассией или мимозой. Спать они любят лежа на спине и раскинув лапы. Такая груда кошек с задранными лапами, которую следовало бы называть «кланом» или «компанией», называется «прайдом» («гордость»), что, на мой взгляд, звучит иронично.
