– Но ты сможешь сделать гораздо больше. Как сын знаменного, обучающийся в военном училище, ты уже в очереди на офицерство. Даже сегодня офицер получает приличное жалованье. Кроме того, Гуаньцзи, тебе следует сдать провинциальные экзамены.
– Я не ученый.
– А тебе и не надо быть ученым. Помни, тебе не придется соревноваться с кандидатами-ханьцами. Для маньчжурских знаменных предусмотрена отдельная квота со своим проходным баллом. Конечно, тебе придется много работать. Но я найму наставников, и тебе нужно будет добиться достаточно скромных успехов. Как только ты получишь степень цзюйжэнь, перед тобой распахнутся двери администрации и ты сможешь занять любой пост.
– Значит, мне все-таки повезло быть маньчжуром.
– В этой жизни, Гуаньцзи, ты должен использовать все свои преимущества. В другом поколении таких привилегий может даже не быть. Кто знает? Но теперь нужно выбирать. Хочешь ли ты закончить нищим маньчжуром или же готов воевать.
– Я готов к бою, – ответил Гуаньцзи.
В последующие месяцы он удвоил усилия в учебе. Ему пришелся по душе вызов. Гуаньцзи осознал, что до сих пор руководствовался только тем, что хотел пойти по стопам отца, героя, которого почти не помнил. Эта идея воодушевляла его, утешала и приносила радость. Но теперь он увидел, что будущее больше не является правом по рождению, естественным развитием, и придется бороться за выживание.
Будущее он выкует сам – с помощью дяди, разумеется, – но и проигрыш, если что, тоже на его совести.
К пятнадцати годам Гуаньцзи понял, что значит полагаться на себя.
И все же именно в это время в жизнь Гуаньцзи вошло новое странное чувство. Оно нахлынуло внезапно, без всякой причины: ощущение, что чего-то не хватает, хотя он не мог сказать, чего именно.
Он пытался избавиться от этого чувства, говоря себе, что это глупо. Слова дяди были разумными и мудрыми. Новые реалии жизни вполне понятны. Почему же тогда этот капризный внутренний голос терзает его вопросами: «Ты действительно этого хочешь?» – «Конечно», – отвечал он.
Но голос не отставал: «Для чего твоя жизнь? Неужели дело только в степном ветре, шепоте предков и улыбке императора? Или есть что-то еще?» И на этот вопрос Гуаньцзи не мог ответить.
Ему хотелось поговорить об этом с Илхой. Но сестра была далеко, в Нанкине.
Учителя пришли в восторг, когда Гуаньцзи и его лучшие друзья собрались вместе исполнять старинные песенные сказы цзыдишу и тренироваться в стрельбе. Все это чисто ради развлечения, но они занимались усердно. Гуаньцзи и так был лучшим лучником в школе. Однако благодаря совместным тренировкам в свободное время они все добились незаурядных успехов. Что касается песенных сказов, то друзей скоро начали приглашать на званые вечера в Ханчжоу, и они значительно пополнили свой репертуар. Когда кто-то со смехом назвал их «Пятеро героев», они сразу же взяли себе это название.
Но за этим маленьким предприятием стояло более серьезное намерение. Они действительно хотели стать героями. Маньчжурскими героями. Учителя в школе понимали это очень хорошо и именно поэтому были в таком восторге. Набор Гуаньцзи оказался, как говорят в школах, очень хорошим годом. Слухи об этих молодых идеалистах дошли даже до двора.
Но героям нужны приключения, воинам нужны враги. С кем сражаться «Пятерым героям»? Кого побеждать?
Варвары с Запада больше не воевали с Китаем. Они обескровили их своими репарациями, но ни одна из сторон не могла позволить себе нового конфликта с другой. Во всяком случае, пока.
Единственным серьезным восстанием было восстание тайпинов на юге, но это были лишь случайные вспышки.
Характер этих повстанцев-хакка – Почитателей Бога, как теперь они называли себя, – был весьма поразителен. Даже шокировал. Они заявляли, что буддисты и конфуцианцы – идолопоклонники. Они врывались в буддийские храмы и крушили все статуи подряд, какими бы прекрасными эти статуи ни были.
– Эти преступники не только не уважают религию и традиции, – заявил однажды учитель классу Гуаньцзи, – но и бросают вызов самому императору. Они перестали брить голову и носить маньчжурские косички. Они отращивают волосы, даже не причесываются[48], поэтому выглядят как дикие животные, кем они и являются на самом деле!
– Мы победим их, – сказал Гуаньцзи.
Учитель ответил с одобрением:
– Боюсь, у вас не будет шанса. Мы блокировали их в городке к северо-западу от Гуанчжоу. Я полагаю, они все перемрут через месяц.
Тем летом пришло известие, что тайпины скрылись в холмах и направляются на север. Их было сорок тысяч. Они приходили в очередной город и убивали жителей. В июле его учитель с гордостью объявил классу, что маньчжурские силы полностью заманили мятежников в засаду на реке. Десять тысяч из них были убиты или утонули. Однако через месяц пришло известие, что тайпины все еще действуют и к ним примыкают местные крестьяне.
