Раздался грохот. Первые три тайпина рухнули наземь. За ними еще с полдюжины. Легкая мишень, меткая стрельба. Он услышал, как сержант, стоявший за ним, крикнул:
– Первый ряд назад! Перезарядить! Следующий ряд вперед!
Тайпины, застигнутые врасплох, остановились как вкопанные. Те, кто не видел баррикады, заметили дым, но понятия не имели, с какими силами противника столкнулись.
– Видите цель? – крикнул Гуаньцзи; несколько человек в ответ кивнули. – Огонь!
Новый залп попал в цель. Теперь со всей площади доносились крики агонии. Из-за дыма Гуаньцзи видел картинку лишь в общих чертах. Казалось, под таким быстрым прицельным огнем тайпины должны были попытаться отступить с площади. Но отступать было некуда, колонна тайпинов все еще продвигалась вперед с улицы за их спинами.
Третий ряд стрелков занял места. Гуаньцзи указал, куда им следует целиться сквозь дым:
– Огонь!
Еще крики. Скольких они уже убили? Двадцать? Может быть, больше? У него осталось два ряда стрелков. Те, что прикрывали их с тыла, и десять человек, занимающих позицию у баррикады. Он оглянулся проверить, перезарядила ли ружья первая группа. Почти.
– Не стрелять! – приказал он бойцам на баррикаде. – Пусть рассеется дым.
Но прежде чем он снова смог хорошо рассмотреть площадь, группа из дюжины тайпинов бросилась сквозь дым к баррикаде. Уж кем-кем, а трусами воины-тайпины не были. Они были вооружены ружьями и длинными ножами. С распущенными волосами мятежники напоминали демонов.
– Выберите свою мишень и стреляйте! – крикнул Гуаньцзи, обнажая меч.
Раздались выстрелы. Пять или шесть тайпинов попадали. Остальные добрались до баррикады. Один вскарабкался прямо перед ним. Гуаньцзи резко ударил парня по шее, и тот упал, все еще сжимая ножку деревянного стула. Еще двое были при последнем издыхании, но он увидел, что на площадь выбежали новые мятежники.
– Отступить! – крикнул он своим воинам.
Увы, слишком поздно! На него чуть было не напрыгнули двое тайпинов, но Гуаньцзи бросился на них первым. Одного он ударил мечом в область почек. А тем временем на него налетел второй. Какое-то странное ощущение возникло в левой руке, но ничего особенного. Гуаньцзи полоснул мечом и увидел красную полосу зияющей раны на шее тайпина. Тот пошатнулся. Гуаньцзи не стал ждать, а схватил своего стрелка за пояс и рывком поднял его.
– Пошли! – скомандовал он, и они вместе, спотыкаясь, побежали обратно по улице.
Он оглянулся. Остался ли там кто-то из своих? Не похоже. Но тайпины по-прежнему карабкались через баррикаду. Он услышал крик своего сержанта: «В сторону!» – и понял. Ну конечно! Пятый ряд бойцов, готовый к огню. Он оттащил стрелка к стене дома. Раздался грохот. С баррикады доносились крики. Гуаньцзи даже не оглянулся, рванул вперед и через несколько мгновений пересек линию стрелков.
– Не останавливайтесь, господин! – крикнул сержант. – Быстрее!
В пятидесяти ярдах впереди сержант уже велел выстроиться очередному ряду воинов, готовых стрелять. Хорошая работа, подумал Гуаньцзи. Он и сам бы посоветовал так сделать. К тому времени, когда его люди собрались за спинами стрелков, казалось, что тайпины не собираются следовать за ними через баррикаду. Но все-таки лучше перестраховаться.
– Перезаряжайте! – крикнул Гуаньцзи. – Каждый!
Как только это было сделано, Гуаньцзи приказал сержанту распорядиться всем встать в строй.
– Потери? – спросил он.
– Никого, господин.
– Кто-нибудь ранен?
– Только вы, господин.
– Я? – переспросил Гуаньцзи.
Он уже забыл о том странном ощущении в левой руке.
– Такое часто бывает в пылу сражения. Воины получают ранения, но не чувствуют. – Сержант улыбнулся. – Вы позволите, господин?
Он вытащил один из нескольких отрезков белой хлопчатобумажной ткани, обернутых вокруг пояса.
– Я всегда ношу с собой несколько таких. – Он взял Гуаньцзи за раненую руку, из которой текла ручьем кровь. – Я просто перебинтую, – весело сказал он. – Думаю, вы хотите отвести людей назад, господин, – предположил он, как только закончил.
Когда они подошли к бригадному генералу, Гуаньцзи отчитался. Кратко, но четко, не забыв поблагодарить сержанта за надлежащий порядок и проявленную инициативу.
– Мы нанесли урон врагу, – подытожил он. – Я вполне уверен в двадцати. Никто из нас не пострадал, если не считать нескольких синяков и этого пореза на руке.
– Ты не удержался на позиции.
– Нет, господин. У меня не было подкрепления, зато были все основания полагать, что на нас движется большое количество тайпинов. Я мог бы убить еще двадцать человек, но потерял бы всех своих людей.
– Хорошо. Правильное решение. – На лице монгола промелькнул намек на улыбку. – Некоторые из других отрядов сильно пострадали. – Он повернулся и подозвал сержанта. – Потери врага составили двадцать человек?
– Может быть, больше, господин. Они были очень плотно сгруппированы. А мы заняли выгодную позицию.
– Как солдаты?
– В отличном настроении, господин. Они всегда доверяют хорошему офицеру.
– Я осмотрю его рану. Принеси ведро воды. И нагретый нож. – Он повернулся к Гуаньцзи и указал на ящик с боеприпасами. – Садись на это.
