Я видел много варваров в своей жизни, но никогда не встречал такого уродливого, как этот. Огромный, косматый, с густой черной бородой и носом, который, казалось, свисал к подбородку. Один из свирепых глаз косил вправо, а другой вперился в меня. Он направил на нас ружье, но не прицелился. А если бы увидел мой меч, то, вероятно, застрелил бы меня.
– Как ты думаешь, чего он хочет? – тихо спросила придворная дама; она была удивительно спокойна.
– Полагаю, добычи, – ответил я, а потом мне пришло в голову, почему он тут один. – Возможно, помчался сюда впереди дружков, чтобы захватить все самое лучшее.
Никто не двигался. Взгляд варвара переместился на придворную даму. Моя рука сжалась на спрятанном за спиной мече. Если он попытается причинить ей вред, я убью его или погибну при попытке спасти ее.
Помню, я рассуждал, что если мне суждено умереть, то, по крайней мере, защищая члена императорской семьи. Даже если нас обоих найдут мертвыми, об этом узнают все. Мое имя будут чтить из поколения в поколение. Я задавался вопросом, выкупит ли князь Гун мои отрезанные органы, чтобы меня похоронили вместе с ними как нормального человека. Это было бы хорошей компенсацией. Но подумает ли он об этом?
Отвратительный варвар протянул руку к шее, затем указал на придворную даму. Я понял сразу.
– Ему нужно ваше ожерелье, – сказал я.
– Да как он смеет?!
Истинный глас благородной дамы, думал я. Потеря жемчуга ничего не значила. Она беспокоилась о своем достоинстве.
– Ни за что! – твердо произнесла она.
Бородатый дикарь повел в мою сторону ружьем.
– Он хочет застрелить меня и отобрать у вас жемчуг, – перевел я.
– Если он дотронется до меня своими лапищами, мне придется утопиться, – заметила она.
Она и не собиралась отдавать жемчуг. Что касается утопления… Если дама ее ранга, происходившая из благородного рода, наложница императора, будет осквернена прикосновением отвратительного варвара, она, безусловно, должна лишить себя жизни.
Так что, похоже, у нас нет никакого достойного способа выжить. Но на меня накатило вдохновение. Помните, всегда ставьте себя на место врага. Попробуйте мыслить, как он.
– Доверьтесь мне, госпожа, – шепнул я.
Я знал, что она сразу поймет. Я отвесил ему самый подобострастный поклон и свободной рукой указал ему, чтобы он вышел вперед и взял жемчуг, как бы намекая: «Я не могу сам это сделать, но не стану вас останавливать».
Он презрительно хмыкнул. Дворцовый евнух, решил он, что с него взять. Именно то, что я всегда слышал: слабый, женоподобный, трусливый.
Варвар вышел на мост, и, когда он проходил мимо меня, я уступил ему дорогу. Полагаю, он вообще не успел заметить, как я выхватил из-за спины меч и воткнул ему прямо в сердце. Варвар ойкнул, застыл с торчащим из тела мечом и бухнулся на колени. Я поставил ногу ему на грудь, повернул лезвие меча влево и вправо, чтобы оно разорвало все внутренности, и вытащил его. Ружье выпало из руки варвара и лязгнуло о каменный мост, а сам варвар остался стоять на коленях.
Я оглянулся на тетушку князя Гуна. Ее лицо было абсолютно неподвижно, не выдавало никаких эмоций. Как я уже говорил, у нее было великолепное воспитание.
Затем этого урода внезапно вырвало кровью, после чего он свалился ничком на мост и пару раз дернулся в конвульсиях. Как только все закончилось, я поднял ружье варвара.
Я посмотрел на придворную даму. Ее лицо оставалось все таким же спокойным. Она оглядела озеро, как будто смерть варвара ее совершенно не волновала и не интересовала. Я как раз обдумывал, стоит ли нам все-таки спрятаться на том острове или перейти на другой, как вдруг она окликнула меня:
– Лаковый Ноготь, взгляни вон туда! Вот он идет!
Я посмотрел, куда она указывала. Вдоль озера бежали двенадцать солдат и еще четверо мужчин несли паланкин.
– Интересно, видит ли он нас? – сказала она и начала махать рукой, как взволнованная девчонка.
Я с трудом мог поверить в превращение степенной немолодой дамы в счастливую девушку. Но ведь князь Гун был еще одним членом императорской семьи.
В мгновение ока князь оказался рядом с нами и осмотрел место происшествия. Вокруг головы бородатого варвара уже натекла лужа крови.
– Вы целы? – спросил он даму. – Я примчался при первой же возможности.
– Да! – воскликнула она и показала на меня. – Благодаря ему!
– Мы встречались? – спросил князь Гун, и я низко поклонился.
– Это Лаковый Ноготь, – перебила она. – Он защищался от варваров мечом, а потом заметил меня и поспешил на помощь. Одного варвара убил! Спас мне жизнь!
– Ого! – произнес князь Гун; я заметил, что солдаты посматривают на меня с уважением, что было очень приятно. – У тебя все хорошо? Я слышал, ты умер.
– Еще нет, ваше высочество. – Я храбро улыбнулся. – Но ваш раб должен сказать, что варвары могут быть здесь в любую минуту. Они у главного входа.
– Мы пойдем другим путем, – ответил он бодро, после чего помог тетушке сесть в паланкин.
Князь Гун снова посмотрел на меня и на мой меч:
– Это церемониальный меч. Где ты его взял?
