Возможная угроза осталась неназванной, однако, помимо природных катастроф, единственным фактором, который оправдывает такие двусторонние отношения и стремление австралийцев применять свои вооруженные силы в тысячах миль от родных берегов, является Китай. Угрозу не назвали вслух потому, что кандидат на эту роль всего один, если только австралийцы не собираются завоевывать Корею.
Явная антикитайская политика Австралии позволяет лидерам столь разных государств, как Малайзия, Филиппины, Сингапур и Вьетнам, реагировать на поведение Китая после 2008 года, вставая, так сказать, бок о бок с австралийцами (не то чтобы эти страны были запуганы, просто их политическая культура не предусматривает прямого вызова в области безопасности). То же самое можно было наблюдать и в Японии в апреле 2011 года.
Что ж, все случившееся не более чем логика стратегии в действии. С китайской точки зрения последствия вполне реальны: вместо двусторонних отношений, в которых Поднебесная неизменно подчеркивает свое превосходство, приходится наблюдать австралийские инициативы по «многосторонности» локальных взаимосвязей. Общая реакция на возвышение Китая едва ли окажется монолитной – скорее она примет форму органической коалиции. Австралия же просто пытается ускорить этот процесс.
Для страны, одновременно восхваляемой и порицаемой за неповоротливый консерватизм, Япония в последнее время ведет себя удивительно – ведь ее политика по отношению к Китаю и, соответственно, по отношению к США неоднократно и резко менялась.
Отчасти это объяснялось недовольством от присутствия базы ВВС Корпуса морской пехоты США Футенма и от ряда более мелких поводов, но гораздо больше на таком поведении Японии сказалась переоценка мировой ситуации после 2008 года: японцы пришли к выводу, что США клонятся к закату, тогда как Китай предлагает массу деловых возможностей, но не требует каких-либо малоприятных обязательств в долгосрочной перспективе. Поэтому предпочтения японской политической элиты начали смещаться в сторону сближения с Пекином, даже ценой более прохладных отношений с Вашингтоном.
Этот дрейф едва начался и до сих пор сталкивается с ощутимым сопротивлением большинства чиновников МИД Японии, не говоря уже о прочих японцах, однако он пользуется несомненной, пусть и неявной, политической поддержкой.
Во-первых, к нему причастно старшее поколение японских политиков, мнение которых выражает, например, бывший премьер-министр Ясухиро Накасонэ[95] (занимал должность в 1982–1987 годы), служивший в годы Второй мировой в японских ВМС в Токио и наряду с острым чувством вины за преступления, совершенные японцами в Китае, испытывающий оптимизм в отношении новых возможностей для японского бизнеса в Китае; еще он полагает возможным благожелательное истолкование японского прошлого и потенциального будущего согласно китайскому принципу «Тянься». При таком взгляде на историю Япония оказывается страной, которая успешно развивалась в первые века своего существования как формально независимая, но входившая в сферу гегемонии китайских правителей. Отсюда следует, что Японии суждено процветать, даже если она очутится не вовне, а внутри китайского периметра безопасности вследствие экспансии китайского стратегического влияния. Соединенным Штатам Америки же в этой картине мира предназначено потихоньку испариться. Данная точка зрения естественным образом дополняется пессимистическим взглядом на будущее самой Японии: никто и ничто не сможет помешать упадку страны и превращению в малозаметную державу с малочисленным и стареющим населением.
Помимо данной философской позиции, у которой есть свои достоинства, в 2009 году стало известно куда более резкое мнение Одзавы Итиро: Америка катится вниз, Китай идет вверх, поэтому мы присоединяемся к Китаю, так что нам больше не нужны морские пехотинцы США на Окинаве. Если принять во внимание кое-какие нюансы, речь идет о том, что Китай может контролировать Северную Корею, а США способны нанести удар возмездия лишь в случае ядерного нападения китайцев на Японию (это одна из многочисленных версий). В целом надо признать, что Одзава просто не любит американцев, а к тому же он возглавляет Демократическую партию Японии, которая уже давно находится в оппозиции и в этом качестве нуждается в альтернативной внешнеполитической линии, противоречащей политике постоянного победителя выборов в последние циклы – Либерально-демократической партии (ЛДП).
Десятого декабря 2009 года Одзаве представился шанс воплотить свои внешнеполитические взгляды в жизнь, когда он во главе делегации из 143 депутатов парламента от Демократической партии (ДП) и более чем 470 политических сторонников прибыл в Пекин в рамках программы партийных контактов «Великая стена» между ДП и КПК.
