В 1898–1899 гг. в Китае началось так называемое боксерское восстание, оно распространилось на провинции Шаньдун, Чжили, Шанси и Маньчжурию. В июне восставшие захватили Пекин и подвергли осаде дипломатические миссии. Заинтересованные державы решили произвести интервенцию в Китай, главным мотивом которой была возможность потерять свои привилегии. Свои вооруженные контингенты послали Австро-Венгрия, Бельгия, Испания, США, Франция, Великобритания, Италия, Япония, Нидерланды и Россия. Командующим международной экспедицией был назначен германский фельдмаршал Вальдерзее, но еще до его прибытия из Тяньцзиня на Пекин отправился международный экспедиционный корпус под предводительством российского генерала Линевича. Генерал разбил китайцев и 14 августа освободил миссии. В 1901 г. был подписан заключительный протокол между Китаем и державами-интервентами, по нему Китай обязался заплатить контрибуцию странам-интервентам размером в 1,5 млрд. золотых рублей, из них Россия получала около 29%; устанавливались новые торговые льготы для стран-интервентов. Во время «боксерского» восстания российское правительство ввело в Маньчжурию войска, и к середине октября вся Маньчжурия была оккупирована российскими войсками. Противниками подобных действий были министр финансов Витте и новый министр иностранных дел Ламздорф: они аргументировали свою позицию тем, что и оккупация Маньчжурии приведет к напряженности в отношениях с Великобританией и Японией, которые могут начать войну против России, а Транссиб и КВЖД не достроены, потому что российская армия и флот в данном регионе не готовы. Но Николая II и его приближенных не заботили такие «мелочи»: политика «компенсаций» и пренебрежение к силе Японии сделали свое дело. В Петербурге был выработан проект соглашения с китайским правительством, по нему китайская власть восстанавливалась в Маньчжурии, но здесь должны были временно оставаться российские войска, а все китайские войска должны были быть выведены до завершения постройки КВЖД; Китай должен был по требованию России смещать губернаторов всех трех провинций Маньчжурии; предусматривалась концессия на железную дорогу от одного из пунктов КВЖД или ЮМЖД до Китайской стены, с направлением на Пекин; проект содержал обязательство китайского правительства никому не выдавать концессий во всем застенном Китае без согласия России. Проект было секретным, но китайское правительство, посчитавшее эти требования явно завышенными, опубликовала проект в английской газете Times. И уже в феврале 1901 г. последовал совместный протест Японии, Великобритании и США против данного договора. Под давлением Россия предложила империи Цин более смягченный проект договора, однако Китай отверг и его: переговоры прекратились.
Война с Японией 1904–1905 гг. и последовавший за ней Портсмутский мир, показали, что Маньчжурия стала фактически сферой интересов России, а Китай вообще никак не влиял на обстановку в Маньчжурии. Империя Цин из объекта российско-цинских отношений превратилась в субъект колониальной экспансии России на Дальнем Востоке. В 1911 в Китае году произошла Синьхайская революция, которая ликвидировала власть династии Цин в Китае. Российско-цинские отношения прекратились. Заключение
Поставив перед собой задачу достигнуть верного понимания российско-цинских отношений путем их систематизации, мы пришли к следующим результатам.
Опровергнув традиционное понимание российско-цинских отношений как характеризующихся, во-первых, сокращением военного потенциала Китая и, во-вторых, ростом военного потенциала России на Дальнем Востоке, который сопровождается усилением позиций России как в дипломатической, так и в экономической областях, мы пришли к выводу, что Россия на протяжении этих взаимоотношений обладала военным превосходством над империей Цин, стремилась реализовать его в территориальных приобретениях за счет империи Цин, причем уступки России обосновываются экономическими приоритетами российской внешней политики на Дальнем Востоке.
Такие выводы нам позволила сделать периодизация российско-цинских отношений, которая первоначально основывалась на критерии изменения военных потенциалов двух стран. Однако последующие исследования выявили недостатки этого критерия: новые исследования показали, что наиболее подходящим критерием российско-цинских отношений может служить степень выгодности российско-цинских торгово-финансовых отношений для центрального правительства России, выражаясь кратко, экономическая заинтересованность России в торговых взаимоотношениях. В соответствии с этим критерием мы выделили три периода: 1649–1689, 1689–1842, 1842–1911 гг.
