Китайские мифы и легенды полностью

«В те далекие времена четыре полюса разрушились, девять материков раскололись, небо не могло полностью покрыть землю, а земля не могла его поддерживать. Огонь не угасал, воды не переставали бушевать. Свирепые звери нападали на добрых людей, хищные птицы похищали старых и слабых. Тогда Нюйва расплавила пятицветные камни и использовала их для ремонта небесного свода. Она отрубила ноги гигантской черепахи и укрепила ими четыре полюса; уничтожила Черного дракона и восстановила Цзичжоу[36]; собрала тростниковую золу, чтобы преградить путь разлившимся водам. Небо восстановилось, полюса выправились, воды осушились, в Цзичжоу воцарился порядок, злые существа были уничтожены, а добрые люди – возрождены. Затем Нюйва взвалила квадрат земли на спину, охватила круг неба, сделала весну мягкой, лето – жарким, осень – умеренно холодной, а зиму – сохранительной. Она вымеряла горизонты по угольнику, выравнивала ложе по отвесу, обеспечила свободное течение Инь и Ян, очистила вредоносные эфиры и зловредных существ, нарушавших благополучие людей. В те времена люди спали спокойно и просыпались без забот, хищные птицы и дикие звери не смели проявлять агрессию, змеи прятали свои ядовитые жала. Подвиги Нюйвы возвышались до Девяти небес и простирались до Желтых источников».[37]

Интересно, что образ Черного дракона не упоминается в трактате «Лецзы», но на основании исследований Яншиной можно провести параллель с духом разливов Гунгуном. Оба персонажа олицетворяют водную стихию и в разных источниках представляют собой одну и ту же катастрофу – Всемирный потоп. Вне зависимости от источников Нюйва побеждает водного духа и после устраняет разрушения.

Помимо функции демиурга, Нюйва – богиня-сваха, что также связано с мифологическими сюжетами о создании первых людей (см. «Мифы о сотворении первых людей»). В первые дни весны в честь богини-свахи и культа бракосочетания устраивались пения, танцы и соревнования по стрельбе из лука, после чего в храме Гаомэй совершались большие жертвоприношения – это символизировало оживление природы в преддверии плодородного сезона.

Со временем черты покровителя бракосочетания перешли мужскому образу Фу-си. Исследователи связывают этот переход с распространением в конфуцианской мысли патриархальных установок, из-за чего функции ряда женских божеств перешли к мужским.

Интерес ученых и внимание народа к фигуре богини Нюйвы варьировался в зависимости от эпохи и главенствующего учения. К примеру, в период Борющихся царств (V‒III век до н. э.) отмечалось снижение внимания к ее фигуре. В особенности равнодушием отличалась конфуцианская традиция. Когда, напротив, важно было поддержать центральную власть, ученые-конфунцианцы использовали уважаемые в народе образы и выстраивали вокруг них государственную религию. Так, конфуцианский богослов Дун Чжуншу[38] включил богиню Нюйву в число наиболее почитаемых богов-первопредков. Изменения в отношении конфуцианства к образу Нюйвы напрямую связаны с идеологическими и политическими перестановками.