— Не надо волноваться, моя мягкая малышка, — сказала Грендель. — И давай надеяться, что эти грубые кольца, несомненно, столь смущающие и причиняющие неудобство, отделят тебя от моего преступления. Когда тебя найдут связанную и беспомощную, возможно, тебе оставят жизнь.
Кэбот не был уверен в этом, поскольку принцип справедливости кюров весьма широк и зачастую глубок, и к вине нередко относятся не как к чему-то отдельному, а скорее как к заразному заболеванию, которое должно быть безжалостно искоренено. Разве друзья не должны были отговорить злодея от его действий? Разве они не должны были ожидать этого и вмешаться? Разве они не должны были заподозрить возможности его преступления и сообщить об этом властям? Нет ли где-нибудь здесь гнойного рассадника потенциальной возможности преступления, которую следует выкорчевать, чтобы с этой почвы не распространилась зараза? И не должен ли тот, кто пусть даже случайно спровоцировал это дело, скажем, некая соблазнительница, пострадать за свою роль в этом вопросе? И нужно ли рисковать повторением такого или ему подобного преступления? Групповая вина, конечно, не является понятием неизвестным, насколько я понимаю это, во многих Земных сообществах, где семьи и потомки несли наказания даже за те дела, что были совершены давно, возможно, несколько столетий назад. А разве целые народы, не отвечали за проступки своих предков совершенные десятками поколений ранее?
Блондинка испуганно уставилась на Кэбота.
Она так же, как он, знала, что ее невиновности могло оказаться недостаточно, чтобы купить ей жизнь. Но внезапно выражение ее лица изменилось. На нем появились оттенки облегчения и даже восторга, от пришедшей в голову отчаянной мысли об одной возможности.
«Да, — не мог не признать Кэбот, — у нее есть лучший способ выкупить свою жизнь! И она знает об этом!»
— Всего хорошего, — произнес Грендель обычное гореанское прощание.
— И тебе всего хорошего, — ответил Кэбот.
И они двое, такие разные, Грендель и семенившая за ним маленькая, фигуристая светловолосая человеческая женщина, направились прочь от этого места. Лишь однажды она оглянулась назад, окинув Кэбота взглядом, но затем, повинуясь рывку веревки, поспешила за Гренделем.
— Стоять! — скомандовал Кэбот, и два небольших кюра, младших, мусорщиков, даже не достойных кораблей, остановились.
Они бродили по округе, патрулируя местность в поисках бесхозных или убежавших животных, тарсков, людей или им подобным.
Кэбот, первым делом, вернулся на виллу, которая прежде была выделена ему для проживания. Он накинул на себя тунику, собрал кое-какие продукты, повесил на пояс кошель, в который спрятал нитки рубинов, выданных ему перед судом над Лордом Пирром, на котором его свидетельство оказалось столь неэффективным.
Возможно, эти два кюра и были поставлены в известность о его побеге, но они никак не отреагировали на человека, стоявшего перед ними. Скорее всего, он не казался им беглецом. Он не был в ошейнике, следовательно, не домашнее животное, он был одет, а значит, по-видимому, был человеческим союзником, возможно, одним из людей Пейсистрата, о которых они слышали. Кроме того, не стоит забывать, что для большинства кюров все люди на одно лицо. К тому же он заговорил с ними напористо и властно, с явной уверенностью в себе, и это смутило их, заставив полагать, что его власть была подлинной. Разумеется, даже если им сообщили о побеге некого человека из, скажем, кандалов вязки, им вряд ли могло прийти в голову, что это мог быть он. Разве такой беглец не постарается скрываться от них? Разве такой человек не постарался бы любой ценой избежать встречи с ними? Разве такой человек не убегал бы от них, голый и испуганный?
Вероятно это были кюры того вида, которых назначают на незначительные обязанности по уборке и сбору беспризорных животных, и они даже не знали о побеге человека из кандалов вязки, случившегося два дня назад.
Кроме того, многие охранники цилиндра и большая часть его военных, отбыли вместе с флотом, ушедшим для некой миссии, цели которой были покрыты мраком.
Если бы не этот факт, то Кэбот, скорее всего, провел бы на свободе не больше ана или около того.
Дело в том, что эти два кюра удерживали человеческую женщину.
Ее шею больше не украшали шнурки монет.
Если на тебе нет ошейника и Ты голая, то следует ожидать, что тебя, сразу после того как обнаружат, арестуют.
Кюры очень щепетильно относятся к порядку в закрытом орбитальном мире, так что, не следует ожидать от них, что они будут терпеливы к беспризорным животным.
— Отпустите ее, — потребовал Кэбот, и два маленьких кюра, каждый из которых удерживал их пленницу за руку, разжали кулаки.
Девушка, дико, наполовину ошеломленно уставилась на Кэбота. Ее покачивало, колени тряслись и подгибались.
— На живот, шлюха! — бросил Кэбот.
Испуганная брюнетка немедленно упала на живот. Она что не знала, что находилась в присутствии свободного мужчины, и как должна вести себя рабыня в такой ситуации?
