Рот рабыни, распростертой у его ног, больше не был заткнут кляпом, но руки и ноги по-прежнему оставались связанными. Рабынь часто связывают, заковывают в кандалы, сажают на цепь или закрепляют каким либо иным способом. Конечно, существует большое разнообразие методов связывания рабыни, но все их роднит то, что рабыня оказывается абсолютно беспомощной и не имеющей сомнений относительно факта того, что она — связанная рабыня.
Рабыня смотрела вверх на своего господина. Она была напугана и заметно встревожена. Снова подергав руками и ногами, девушка смогла добиться лишь того, что удостоверилась в том, что никоим образом не может уменьшить, облегчить или смягчить совершенство наложенных на нее пут.
— Я вызвала ваше неудовольствие? — наконец, спросила она.
— Нет, — ответил ее хозяин.
— Но я беспомощно связана, — пожаловалась Лита.
— Это потому, что Ты — рабыня, — пожал он плечами.
— Да, Господин, — пролепетала девушка.
Кэбот прилег рядом с ней на песок, и Лита, отчаянно извиваясь, немедленно придвинулась и прижалась к нему всем телом.
Затем она медленно сползла вниз и поцеловала его в бедро.
— Могу я признаться вам кое в чем, Господин? — спросила рабыня.
— Если хочешь, — пожал он плечами.
— Мне нравится быть беспомощно связанной, — прошептала девушка.
— Это потому, что Ты — рабыня, — повторил ее владелец.
— Да, Господин, — согласилась она. — В такие моменты я особенно остро ощущаю, что мною владеют, что надо мной доминируют, что я полностью зависима от вашего милосердия, что я беспомощно и бескомпромиссно ваша, что я безоговорочно принадлежу вам.
Рабовладельцы, кстати, очень часто ласкают своих беспомощно связанных рабынь, доводя их до экстаза. Очевидно, это развлекает и нравится им.
— Попробуй освободить себя, — приказал ей Тэрл.
— Господин прекрасно знает, что я не смогу этого сделать, — заметила Лита.
— Попробуй, — потребовал ее хозяин.
Некоторое время девушка извивалась и боролась, но вскоре расслабилась.
— Я не могу освободиться, — признала рабыня. — Я надежно связана.
— Это верно, — усмехнулся мужчина.
— Да, Господин.
Среди умений, которые преподаются молодым гореанам, кстати, связывание рабынь занимает не последнее место. Предполагается, что это то, что должен уметь каждый гореанский мужчина.
— Рабынь, — сообщил ей Кэбот, — иногда привязывают к столбу и используют в качестве приманки.
Девушка вздрогнула.
— Вот Ты хотела бы оказаться в такой ситуации? — осведомился ее хозяин.
— Нет, Господин, — дрожащим голосом ответила она.
— Но по большому счету тебе нечего бояться — успокоил ее Кэбот. — Для таких целей могут использовать кувшинную девку или девку чайника-и-циновки, но никак не двухтарсковую кейджеру.
— Я надеюсь, что стану девушкой за которую не жалко двух тарсков, — сказала Лита.
— Ты уже такая, — заверил ее Тэрл. — Можешь не сомневаться.
— Спасибо, Господин, — сказала она.
— С завтрашнего дня, — сообщил он, — я думаю, что начну водить тебя на поводке.
Девушка удивленно посмотрела не него.
— Красивых рабынь часто водят на поводке, — пояснил мужчина. — Рабовладельцы в городах, посещая рынки, деловые центры и прочие общественные места, зачастую берут с собой своих девок, взяв на поводок.
— Как собак? — уточнила рабыня.
— В принципе, идея, конечно, та же самая, — ответил он.
— Я уже хочу на поводок, — заявила бывшая мисс Пим.
— Конечно, — улыбнулся Кэбот, — ведь Ты же рабыня. Нисколько не сомневаюсь, что твоим поклонникам с Земли доставило бы удовольствие увидеть тебя на гореанской улице, одетой в рабские тряпки, то есть практически обнаженной, в ошейнике и на поводке.
— Несомненно, — согласилась брюнетка.
— Также я могу научить тебя, как правильно становиться на колени и целовать плеть.
— Кое-чему из этого меня уже обучили в цилиндре, — сообщила рабыня.
— Это — красивый символический акт, — сказал Кэбот. — Что Ты чувствовала при этом?
— Сначала я была напугана, — призналась она, — но потом, когда я начала лучше понимать значение происходящего, того, почему я стояла на коленях и целовала плеть, это ошеломило меня, возбудило, разогрело мой живот до самых его глубин.
— Замечательно, — похвалил Кэбот.
— Вскоре, — добавила рабыня, — сама жаждала совершить это действие.
— Это хорошо, — кивнул ее владелец.
— Кроме того, — сказала она, — я думаю, что сделала это приемлемо, робко, нежно, уважительно, с надеждой, страхом и признанием моего рабского статуса и законности моего подчинения власти мужчин.
— И это продолжало будоражить и волновать тебя, не так ли? — поинтересовался мужчина.
— О да, Господин, — протянула Лита, — и я даже не могу передать словами насколько. Да Господин!
— Отлично, — сказал он. — И в конечном итоге Ты сможешь научиться делать это жалобно, просительно, умоляюще, сопровождая это нежными звуками, так что видящий это мужчина может обезуметь от страсти.
— И при этом мои руки будут связаны или скованны за спиной? — спросила рабыня.
— Вполне возможно, — кивнул Тэрл. — И тебе предстоит улучшить свои навыки, изучив медленное использование рабского языка и губ.
