Гореанская рабыня очень сильно зависит от милосердия свободных женщин, которые ее откровенно ненавидят и презирают. Свободные женщины не поднимаются выше мелочной демонстрации своей власти, приказывая рабыне вставать перед ними на колени, обслуживать их, обнажать себя, целовать их расшитые туфли и так далее. Также весьма часто заплаканная рабыня возвращается к своему господину с туникой забитой в ее рот и красными полосами пониже спины от стрекала. Защитить рабыню, конечно, может только мужчина. Чем больше рабовладелец доволен своей рабыней, чем лучше она его ублажает, тем больше вероятность того, что он вступится за нее перед свободными женщинами. Немало ударов было остановлено свободным мужчиной, вставшим между своей рабыней и свободной женщиной, к ярости последней. Это точно так же, как с поркой рабыни, должна она быть наказана или нет, решать ее владельцу. Стоит ли удивляться тому, что большинство рабынь так рьяно стараются понравиться своему хозяину, что те редко, если вообще когда-либо, наказывают их. Порой, что интересно, рабыня сама может попросить о плети или напроситься на встречу с ней, чтобы получить напоминание о том, что она — рабыня. Также, невольнице следует быть готовой к тому, что иногда ее владелец будет связывать и пороть свою девку, с тем же самым намерением в уме, чтобы напомнить ей, что она — рабыня.
Понятно, что Лита, потрясенная произошедшим, раздетая, должно была, хотела она того или нет, почувствовала себя несчастной, униженной, опозоренной, оскорбленной и никчемной перед свободной женщиной, перед Гренделем и своим господином.
Слезинка упала на доски под ее лицом.
— Это должно подойти, — сказала Леди Бина, разглядывая тунику на вытянутых руках. — Воняет рабыней, но это лучше чем ничего.
— А может и нет, — проворчал Грендель. — Посмотрите на тонкость материи, на ее легкость и на то, что она делает с очертаниями ее носительницы. Подумайте также значении этого!
Бина Леди быстро натянула на себя тунику.
— Ай-и! — восхищенно протянул Кэбот.
Девушка схватилась за подол и попыталась натянуть тунику дальше на бедра.
— Что, нравится? — спросила она Кэбота.
— Не хватает только ошейника, — констатировал Кэбот.
— Так привлекательно?
— Конечно, — не мог не признать Кэбот. — Честно говоря, твой владелец мог бы отказаться выпускать тебя на улицу одетой в такое, впрочем, если бы Ты была рабыней, то у него не было бы никакого другого выбора. Это было бы вопросом законности.
— Бедные рабыни! — рассмеялась блондинка.
— Тебя могли бы выследить и похитить, — сказал Кэбот. — Несомненно, предварительно за тебя предложили бы цену.
— Я настолько красива? — полюбопытствовала она.
— Конечно, — ответил Кэбот, — и такая одежда значительно усиливает красоту женщины, что собственно и является ее целью.
— О-о, — протянула она.
— И кроме того, такая одежда, — добавил мужчина, — играет определенную роль в защите свободных женщин.
— Как это? — удивилась девушка.
— Поставь себя на место работорговца или налетчика, — предложил Кэбот, — у тебя есть выбор между женщиной, одетой вот так, бесспорно красивой, очевидно ценной с точки зрения продажи, которая точно принесет несколько монет, и неизвестного качества женщиной, закутанной в одежды и вуаль с головы до ног, раздев которую, можно обнаружить нечто малоинтересное даже для близорукого тарска. На ком Ты предпочла бы затянуть свой аркан?
— Теперь понятно, — кивнула блондинка.
— Однако главная причина того, что рабынь одевают именно так, — усмехнулся Тэрл, — несомненно, это удовольствие мужчин.
— Животные! — буркнула девушка.
— Не беспокойтесь, моя Леди, — поспешил заверить ее Грендель, — мы вскоре найдем для вас что-нибудь более подходящее.
— К тому же, — добавил Кэбот, — это помогает рабыне четко держать в памяти то, что она — рабыня, и помимо этого, такие предметы одежды, оказывают свой эффект и на нее тоже.
— Какой эффект? — заинтересовалась Леди Бина.
— В них, — пояснил он, — она не может не чувствовать себя женщиной, беспомощной и уязвимой.
— Понятно, — сказала она.
— Соответственно, — продолжил Тэрл, — в таком предмете одежды рабыня необыкновенно остро сознает свою сексуальность, и это имеет для нее свои последствия.
— Какие такие последствия? — спросила блондинка.
— Такие, что она не может не быть сексуально готовой, и зачастую, желает она того или нет, пребывает в состоянии сексуального возбуждения.
— Ага, понятно, — улыбнулась девушка.
— Короче, давай короче! — призвал его Лорд Грендель.
— Помалкивай, — отмахнулась от него Леди Бина.
Кэбот отметил, что его друг, Лорд Грендель, явно чувствовал себя не в своей тарелке, на это указывала слюна, блеснувшая на его челюстях.
«Ага, — подумал Кэбот, — а ведь Ты знаком с эффектом этого крошечного лоскута ткани на теле Леди Бины. Конечно, Ты сделаешь все возможное, чтобы она поскорее оказалась одетой более соответствующим образом».
