— Обычно они свистят.
— Это уже перед самым нападением.
— Не вспугнули ли мы их?
— Такие звуки в лесу не редкость.
Савельев подал команду. Его люди повели коней через рощу к дороге и встали напротив центральной тропы. Они то въезжали в рощу, то покидали ее.
На восходе солнца с востока и запада раздался разбойничий свист. Из леса тут же появились лиходеи, где-то по полтора десятка с каждой стороны от воеводы и его людей. На конях была половина, другие пешие, с саблями и рогатинами. Банда пошла на группу Савельева.
С востока ее вел Игнат Брыло. Он узнал в одном из своих противников князя и окончательно уверовал в то, что сумел обмануть его.
Дмитрий же нарочно изображал суету и растерянность. Он кричал, отдавал противоречивые команды. Всадники кружили около него, пытались выстроиться в круг, что получалось у них плохо.
Шайка приближалась. Разбойники улюлюкали, свистели. Было заметно, что они неплохо подзарядились водкой или дурманящим отваром из мухоморов.
До противника оставалось саженей двадцать, когда Горбун сжал ладони, и над лесом и рощей пронеслась соловьиная трель. Подельники Кубаря, от которых в драке не было бы никакого толка, тут же скрылись в лесу. Ратники же мигом встали спина к спине и подняли щиты.
Тревога ударила в грудь Брыло. Он почуял неясную опасность, но остановить своих разбойников уже не мог.
Лиходеи не дошли до Савельева саженей семь, как в спину им ударили люди Бессонова-старшего и Егора Осина. Царские ратники не кричали, не свистели. Они подошли быстро и молча. Кто-то из разбойников увидел их, но тут же был сбит с коня выверенным ударом копья.
Государевы воины в совершенстве владели всеми приемами рукопашного боя. В начале столкновения ратники, вооруженные саблями, наносили разбойникам прямые толкающие удары, наиболее эффективные во время таких вот групповых столкновений. Затем они принялись рубить врагов с плеча. Ратники с копьями били в основном пеших разбойников, не успевших выставить пред собой самодельные щиты и пустить в ход рогатины. Удар в тыл мгновенно решил исход схватки.
Брыло услышал сзади шум боя, повернулся и увидел, как его разбойники один за другим валятся на землю под беспощадными ударами всадников, появившихся неизвестно откуда. Он на мгновение оторопел.
Горбун воспользовался этим и рванулся к Брыло. Из всех разбойников один только новый главарь банды и имел защиту. На нем был панцирь, снятый с охранника одного из захваченных обозов. Игнат только занес саблю, как мощный удар шестопера проломил латы, сокрушил ребра и сбросил его с коня.
А Горбун только вошел в раж. Пред ним оказались трое разбойников. Все они мигом полегли от ударов страшного шестопера могучего воина.
Савельеву достался один противник, вывалившийся на коне из чащи. Дмитрий дуговым ударом снес ему голову. Конь встал на дыбы от запаха обильно пролитой крови, сбросил обезглавленного всадника, обезумел и рванул через кусты прямо в болото. Там он застрял и затонул, издавая душераздирающее ржание.
Бой закончился быстро. Вся шайка валялась на дороге. У леса и рощи никого не было. Ратники Осина отлавливали коней разбойников. Воины особой дружины по команде Савельева спешились и начали собирать тела разбойников.
К Дмитрию подошел Осин и сказал:
— Все у нас получилось, да князь?
— У тебя потери есть?
— Нет. Я беспокоился о тебе и о твоих людях. Разбойники могли броситься на вас, и тогда…
Савельев прервал его:
— Что теперь об этом, Егор? Да и отбились бы мы. Вон глянь, какой у нас богатырь. Это Осип Горбун. Он своим шестопером Брыло прибил и еще троих разбойников. Один с десяток лиходеев положил бы.
— Да, здоровый мужик. Сразу видно, что силища в нем огромная.
Горбун подошел к Брыло. Тот лежал и не дышал. Осип почесал затылок и пнул разбойника. Тот вскрикнул.
— Так ты, поганец, мертвым прикинуться хотел! — воскликнул Горбун, повернулся к Савельеву и сказал: — Дмитрий Владимирович, а главарь-то шайки живой, покалеченный только.
К нему подошли князь и воевода.
— Живой, говоришь? — спросил Савельев.
— Живой, князь. Латы его спасли, но мослы в труху. Хотя это ему теперь без разницы. Все одно на плаху. А туда помощники палача и затащат, коли сам идти не сможет.
Дмитрий присел пред главарем и проговорил:
— Ну что, Брыло, не удался тебе твой подлый план?
— Помог бы лучше. У меня ребра разломаны.
— А с чего мне тебе помогать, коли ты хотел всех нас на куски изрубить? Почему слово не сдержал?
— А ты сдержал бы?
— Да.
— Так я тебе и поверил. И перед государем слово не замолвил бы. Оно тебе не надо.
— Замолвил бы. Но теперь, понятное дело, данное обещание не действует.
— Тогда окажи милость, прибей меня прямо здесь. Ты же не злодей. Избавь от мук.
— Негоже воину добивать раненых. В темнице Твери тебе помощь окажут, отвечать будешь вместе с Меченым. А там как суд царский решит.
— А семья тоже под суд пойдет?
— Уж не знаю, как ваши бабы с детишками жить будут, но их царь не тронет. Они никого не грабили, не убивали. В чем вина детишек, если отец у них кровопийца? Баба тоже за мужа не ответчица.
— Без мужиков они пропадут.
