Рудольф вскочил и убежал. Лукерья вынула из сумки носовой платок и тихо заплакала, произнеся:
– Земля из-под ног уходит… Что делать теперь?
– Вы же не хотите, чтобы люди узнали о близких отношениях, которые связывали вас с покойным? – осторожно осведомился я.
– Нет, нет, нет, – зашептала Лукерья, – никогда! Мы не один год хранили тайну. Владимир Федорович не желал бы огласки и сейчас.
– Тогда вытрите слезы, а когда вернется Рудольф, постарайтесь смотреть на него с сочувствием, но не демонстрируйте свое горе. И, если не трудно, поставьте чайник – вероятно, от травяного чая сыну покойного станет легче.
– Нет, ему следует принять успокоительное, – возразила женщина. – Можете съездить в аптеку?
– Да, пожалуй, прекрасная идея, – согласился я.
Лукерья вынула из сумки бланк рецепта и небольшой замшевый мешочек и пробормотала:
– Жизнь приучила всегда иметь это при себе… Пока ходите за лекарством, заварю травяной чай. Он здесь должен быть, Володя только его пил.
Я спустился во двор, сел в машину, поехал в сторону шоссе и приметил большой супермаркет. Вероятно, там есть и аптека. Покружив некоторое время по округе, я приобрел таблетки и поехал назад. Все заняло у меня чуть меньше часа.
Когда я позвонил в звонок особняка, дверь распахнулась мгновенно.
– Тсс, – прошептала Лукерья, – Рудольф заснул. Посоветовала ему выпить немного коньяка, он не отказался и почти сразу свалился в кровать. Тревожно оставлять его одного.
– Вы правы, – пробормотал я.
– Рудольф мне никогда не нравился, но сейчас жаль его до слез. И сама еле-еле сдерживаюсь, чтобы не завыть в голос. Останусь здесь на ночь. Семья в отъезде, а утром он проснется и, не дай бог, еще что плохое придумает. Лягу в гостевой комнате, она здесь есть. А вы езжайте домой. Что-то подсказывает, что для вас ночь не в своей постели – тяжелое испытание.
– Вы правы, – повторил я.
– Завтра вам позвоню, – пообещала Луша.
– Спасибо, – поблагодарил я женщину и направился домой.
– Господи! – ахнул Боря, когда я сообщил ему неприятную новость. – Аневризма! Неужели Владимир не проходил каждый год обследование? Он же врач!
Я развел руками.
– Сапожник без сапог. Помните Андрея Михайловича?
– Рамина? Конечно. Прекрасный был кардиолог! Многим людям жизнь спас или продлил. Доктор от бога!
– Он постоянно говорил пациентам: «Если хотите прожить до ста лет и более, занимайтесь не менее двух раз в неделю спортом, следите за весом, исключите из рациона копчености».
– Он проповедовал здоровый образ жизни, отговаривал от курения, а сам дымил как паровоз, обожал колбасу, вел сидячий образ жизни и скончался от инфаркта. М-да! Вра́чу исцелися сам… Что нам теперь делать?
Я пожал плечами.
– Рудольф захотел узнать, что произошло с его матерью. Мы выяснили, что Элли приняла смесь лекарств, которая и привела ее к смерти. А теперь вспомним, как Владимир Федорович отреагировал на кончину Елены Николаевны. Он перевез ее из дома в морг при своей клинике, запретил проводить вскрытие. Правда о том, что женщина скончалась не своей смертью, никогда бы не вылезла наружу. Но неаккуратная уборщица уронила табличку с именем покойной, которая висела на холодильнике. Правда открылась, однако дальше секционного зала она не ушла. Но Рудольф захотел выяснить, что к чему. Мы с вами взялись за дело и поняли, что Елена Николаевна, увы, была эгоистичной, капризной особой, не занималась ни детьми, ни внуками, зато требовала к себе чрезмерного внимания. Трудно винить Владимира Федоровича за связь с Лукерьей, а эти отношения длились не один год. Еще мы узнали, что старший Деревянкин не так финансово благополучен, как кажется. Медцентр не приносит прибыль, поэтому его владелец даже взял кредит.
Я посмотрел на Бориса.
– Вот и пришлось врачу изображать из себя Великого Жреца. Вроде полная глупость, но, по нашим подсчетам, заработок Владимира Федоровича составлял порядка семисот тысяч в месяц. Сомневаюсь, что доктор изначально хотел убить супругу, чтобы взять в жены Лукерью. Он предупредил любовницу, что никогда не разрушит семью. Но Элли сделала все для того, чтобы убить любовь супруга. Так почему Владимир не желал развода? Полагаю, у мужчины был простой расчет. Ему пришлось бы оплачивать все судебные расходы – у жены своих денег не было. Потом надо было бы купить ей квартиру – совесть не позволяла выставить избалованную скандалистку на улицу. А на что станет жить разведенка? В общем, жена дорого стоит, но бывшая жена – это намного бо́льшие затраты… Все вроде было хорошо, но в одной группе больных на всю голову людей, верящих в то, что им поможет Кузьма, который живет в болоте, оказалась Элли.
Я покачал головой.
– Я и не предполагал, как много дураков на свете. Оказывается, таких людей не счесть. Они готовы хоронить свои секреты и платить немалые деньги за общение с нечистой силой. Ну прямо Средневековье!
Я потянулся к чашке с чаем.
