Беатрисс не любила отца. Кто бы что ни говорил, она его презирала и считала слишком высокомерным и избалованным. Она же считала, что главное в человеке — это вовсе не деньги и материальное обеспечение семьи, а внутренняя красота, чувства и забота, а самое главное поддержка и понимание. Такой мягкой, простой девочкой и была Беатрисс, поэтому любые проявления холода со стороны отца, она воспринимала отрицательно. Слишком уж ненравилась ей наигранность и не нравился фальш.
Отец слишком многое решал за неё, и в этот раз он без ведома, а уж тем более разрешения дочери, назначил ей свадьбу с совершенно незнакомым человеком. Зато, как по его мнению, богатым и состоятельным, тем, кто сумеет о ней позаботься. Беатрисс на всё это отреагировала отказом. Она холодно, как это любил делать отец, произнесла:
— А вот и нет, пап. Я не выйду замуж за незнакомца. — после чего вышла на улицу, взяла в руки розу и принялась вдыхать её аромат, этим самым пытаясь заглушить внутренние переживания.
Помимо роз в их семейном саду было ещё множество цветов, но все они настолько надоели Беатрисс, что она была готова выбросить их в помои, только, чтобы не видеть. Розы казались в её глазах более привычными, хотя совершенно не шли ни в какое сравнение с полевыми цветами.
Так Беатрисс просидела ещё достаточно долгое время, пока на улице не показалась Натали, её мама. Женщина обняла дочь со спины, мягкими нежными движениями бледных рук начала расчёсывать запутавшиеся пряди Беатрисс. Она ещё долго ничего не говорила, видимо давала Беатрисс окончательно успокоиться и обдумать ситуацию.
— Милая, я понимаю, это не просто, — наконец начала женщина. Она говорила это тяжёлым, сбивчивым голосом, сразу видно через себя, — Но нужно как-то жить дальше. Жизнь не закончится на свадьбе. И знаешь, я очень даже уверена, что этот человек тебе понравится. Говорят, он необыкновенно хороший и любит твои любимые розы.
— Розы — не мои любимые цветы, — бросила Беатрисс, — Знаешь, мама, не хочу так же до конца жизни страдать, как это делала ты. Я не хочу прожить с нелюбимым человеком, родить от него детей и терпеть его хамское, наглое поведение. Я хочу выйти замуж по любви. Я же знаю, как сильно ты любила…
— Ну ну, не стоит обид, милая, — прервала монолог дочери Натали, — Я вовсе не страдала, я любила и люблю твоего отца. И ты обязательно полюбишь этого человека. Любовь — дело временное. Главное — это видеть в нём смысл.
— Ты врёшь, мам. Ты вовсе…
Натали погладила дочь по волосам, вновь прервала её:
— Нам уже пора спать. Давай завтра поговорим об этом. Мне завтра нужно ненадолго утром отучиться, а ближе к обеду мы обязательно всё обсудим. А теперь иди спать, — Натали поцеловала Беатрисс в макушку, — Люблю тебя, всё ещё маленькая принцесса.
Натали скрылась в саду, по привычке рассматривая каждый цветочный лепесток, пытаясь найти в этом успокоение. Беатрисс же с тяжёлыми мыслями поплелась спать. Теперь она держала обиду не только на отца, а ещё и на любимую маму.
***
Когда Беатрисс проснулась, перед глазами плыло, в голове спутались все мысли. Вокруг пахло лекарствами и медикаментами. Рядом стояла капельница, странно переливающаяся на свету. Тело болело, в особенности правая рука, которая к тому же была прикована капальница. Беатрисс попыталась встать, но тело, словно не слушалось её, девушка плюхнулась на то же место, где лежала с самого начала. Рядом послушался грубоватый, но не басовый мужской голос.
— Лучше лежи, иначе и вовсе помрёшь.
— Кто вы? — слабым хриплым голосом произнесла Беатрисс. Она и сама не понимала, почему её горло так болело и сжималось, — Что произошло? Почему я здесь?
— Разве это важно? — рассмеялся мужчина, — Что произошло? Всё просто. Твой дом подожгли, умерли все, кроме тебя. Ты теперь единственная наследница рода.
В глазах Беатрисс потемнело. Она не могла понять и принять ситуацию. В голове мысли смешались. Она же только вчера поругалась с отцом, по душам поговорила с матерью, пообещала сходить на поле с одуванчики с Мэвисом, а сейчас не было ни отца, ни матери, ни Мэвиса. Все были мертвы, и лишь обе продолжала нести своё бренное существование.
— Почему? — Беатрисс в ужасе схватилась за голову, — Вы же шутите?! Это всё мне приснилось, а завтра всё вернётся на круги своя! Всё будет как прежде! — со слезами на глазах кричала Беатрисс.
— Ничего ещё не будет как прежде, — холодным баритоном произнёс мужчина, — Не неси чепухи. Ты единственный выживший человек в той катастрофе. Не теши себя глупыми надеждами. Ничего уже не вернуть. Тебе стоит только благодарить судьбу за то, что хотя бы тебе удалось выжить.
Беатрисс судорожно закрыла заплаканное лицо руками:
— Почему вы так легко обо всём говорите? Вы же даже не представляете, какого это в один миг лишиться всего, что было тебе дорого!
Мужчина лишь с лёгкой ухмылкой на лице рассмеялся:
— Может, не представляю. Но во всяком случае я не вру себе.
