Когда букет был готов, она пододвинула его к Хинате даже не потрудившись взять его в руки.
- Двести ре.
Хината подавила желание развернуться и выйти вон. Да, было ужасно неприятно. Но через четверть часа она должна была прийти на похороны и взять цветы, кроме как здесь, ей было попросту негде.
Хината вытащила из карманов все деньги, что были и стала отсчитывать купюры и монеты. Аккуратно положила их на прилавок рядом с цветами.
- Спасибо, очень красивые, – тихо сказала она и потянула букет.
- Стой! - властно остановила ее Ино. Она сорвала упаковку и перепаковала букет по-другому, поправила цветы, обрезала стебли.
- Вот, - хмуро и виновато отдала букет Хинате. – Извини, я злюсь не на тебя, а на Неджи. Я знаю, это он затеял охоту на Саске. И он лезет не в свое дело – так ему и передай.
- Он не спрашивает у меня разрешения, когда что-то делает, – пожала плечами Хината. А сама покачала головой – как забавно, ведь Ино не знает ничего про их близкие отношения с Неджи. Знает только, что они из одного клана и вот – Хинате достается злость, адресованная Неджи. Ино видит в них нечто общное – Хьюга. И эта внешняя сплоченность, эта нерушимость, на поверку трещит по всем швам. Она посмотрела на лилии и вспомнила, что сегодня положит их на могилу старушки Кам, а еще о том, что никто не ждет ее на этих похоронах и для того, чтобы на них попасть, ей придется вторгнутся на территорию Ивао-сана.
- Но я ему передам, - напоследок пообещала она Ино.
Они с Ханаби пришли на клановое кладбище ровно в полдень.
Кладбище Хьюга было местом особым. Здесь хоронили людей с генкаем, а значит сюда то и дело пытались устроить паломничество мародеры. Уже много десятилетий на гробы накладывали особые печати, а само кладбище привычно охранялось денно и нощно.
После нападения Пейна памятники и убранство снесло как и все остальное, но могилы не пострадали. Их быстро разметили, чем придется – благо бьякуган пригодился и тут – и оставили облагораживание на потом.
Хината несла лилии, Ханаби семенила следом, недовольно пыхтя. Она не была в восторге оказаться в неоднозначном положении почти просительниц на чужом сборище.
Их заметили издалека, поэтому когда они приблизились к траурной процессии к ним с легким недоуменным изумлением на лице вышел сам Ивао-сан.
- Хината-сама, Ханаби-сама… Что привело вас сюда? – спросил он с холодной улыбкой.
Множество глаз без зрачков смотрели на них холодно и враждебно. Но Хината видела лишь лбы, прикрытые хитаями и повязками. И почти чувствовала, как ее собственная кожа горит от взглядов.
- Мы хотели бы попрощаться с Кам, Ивао-сан. – сказала Хината, стараясь чтобы в тоне было достаточно смирения, но чтобы это не звучало совсем уж как постыдная просьба.
- О. – Ивао-сан улыбнулся. – Это очень великодушно с вашей стороны. – Он посмотрел на соклановцев. – Желаете, чтобы мы сделали все как обычно на церемониях?
- Простите?
- Клан, Хината-сама. Обычно когда присутствуют члены младшей и старшей ветви их разделяют.– Ивао смотрел на нее надменно, а в его тоне Хината отчетливо слышала самоуверенность и угрозу. - Вы желаете, чтобы мы разделили клан?
Что она могла ответить ему до своего разговора с отцом? Что она сказала бы, если бы не знала все, что знает сейчас?
- Это последнее, чего я хочу, Ивао-сан, - сказала Хината. – Но здесь я оставлю решение за вами. Сегодня мы с Ханаби лишь гости.
- И вы не очень-то гостеприимны, - вызывающе бросила Ханаби.
Кто-то хмыкнул, Хината повернула голову и увидела Мику Хьюга, главного медика.
- Оставь девочек, Ивао. Пусть постоят рядом со мной, давайте уже начинать.
Ивао холодно улыбнулся, но все же покорно склонил голову, словно показывая, что он хочет угодить одной лишь Мике.
Они встали рядом с Микой - Хината с облегчением, Ханаби кипя от гнева.
- Ставлю свою бандану – твой отец не знает что ты тут, – прошептала Мика едва шевеля губами.
Хината посмотрела на нее и опустила глаза. Мика усмехнулась, но тут же спрятала улыбку.
Ивао сказал краткую речь, гроб закрыли крышкой и стали забивать гвоздями. Именно в этот момент Хината поняла, что Кам больше нет. Что больше никогда она не придет и не будет ворчать, никогда не приготовит ей лечебную мазь, никогда не будет мучать скучными воспоминаниями о молодости родителей.
Хината утерла слезы.
- Не кисни, Кам-сама давно говорила, что ей пора отдохнуть. Теперь она отдохнет. – Мика положила на могилу белые хризантемы и коснулась земли. – Спи спокойно, бабуля.
Люди постепенно расходились. Ханаби прошептав что-то раздраженным тоном тоже ушла. А они с Микой все стояли рядом с могилой.
- Сестрица у тебя не подарок, – заметила Мика.
- Она еще ребенок, – пожала плечами Хината.
- А ты?
- Я уже нет.
- Ну да, я вижу. Я сочувствую тебе насчет отца.
Хината вскинула глаза. Хиаши говорил, что младшая ветвь ничего не знает о его болезни.
Мика постучала пальцем по виску, указывая на бледно-серые глаза без зрачков.
- Я знаю, ну и Ивао, конечно. А вот кому он рассказал, я не ведаю.
