Как это ни странно, но Майе стало страшно. На неё смотрели восемь лиц, всех их она знала с раннего детства. Туи-Лу, Тандом, Малнис, Хамф, Гораций, Баунти, Малак и Йолан – все члены Совета стаи. Самые старшие и мудрые из волков, по крайней мере, считалось, что это так, ибо бо́льшую часть времени они проводили споря, словно малые дети, и никогда не достигали согласия. Остальных членов клана это либо забавляло, либо раздражало – в зависимости от обстоятельств.
– Почему ты их спровоцировала? Ты отдаёшь себе отчёт, что вы натворили? – спросил Хамф, высокий худой волк лет шестидесяти, нескладный и неряшливый.
– Люди первые начали.
Старый Малнис, слепой чернокожий лупаи, сдвинул брови.
– И вы их всех убили.
Это прозвучало не как вопрос, а, скорее, как утверждение, поэтому Майя даже не потрудилась ответить.
– После чего ты позволила своим братьям по стае их съесть, – недовольным тоном добавил Малнис.
– А вы предпочли бы, чтобы другие двуногие потом собирали части тел по всему лесу? Мы действовали в полном соответствии с обстоятельствами. Люди убили одного из наших, они все заслуживали смерти, – холодно ответила Майя.
Туи-Лу, седовласая старуха, обладательница крючковатого носа и кислого выражения лица, нахмурилась.
– Хочешь сказать, тебе совершенно не стыдно, что ты доставила стае столько хлопот?
Немного помолчав, Майя вздохнула:
– Я же вам уже сказала: не я в ответе за случившееся.
– Но ты была в ответе за Морвина, а он мёртв.
Майя поразмыслила. Совет ждёт, что она публично раскается, упадёт на колени и станет молить о прощении. Вот только Майя не желала играть в эту игру. Она не собиралась ни падать старейшинам в ноги, ни притворяться, будто чувствует вину.
– Воины и раньше погибали в случайных стычках. Такая судьба может ждать любого из нас. Морвин храбро сражался и заслуживает посмертных почестей.
– А нельзя ли было избежать этой «стычки»? – сухо поинтересовалась Туи-Лу.
Майя бросила на старуху презрительный взгляд и пожала плечами.
– Можно было избежать. Полагаю, нам всем следовало спастись бегством, подобно жалким трусам.
Большинство старейшин разразились возмущёнными возгласами. Бежать от врага – немыслимо для волка. Это позор для любого члена стаи.
Тандом, старейшина с круглым животом и глазами навыкате, недовольно вздохнул.
– Старейшина Туи-Лу спрашивает тебя вот о чём: ты как следует подумала, прежде чем оценить ситуацию и принять решение об ответном ударе?
– В нас летели пули, нас расстреливали, ситуацию было не так уж сложно оценить: те люди пытались нас убить. Точка.
– Да уж, проще некуда, – вздохнул Малак.
Йолан прищурился и заговорил:
– Майя, правда ли, что ты приказала своим собратьям напасть на людей, потому что один из их охотников подстрелил одну из рапаи?
– Нет. Я приказала атаковать, потому что мы попали под сильный обстрел. Рапаи, лупаи, серпаи, тайганы – все ёкаи, которые находились на школьном дворе перед школой, подверглись нападению.
– Тогда почему сражались одни только волки? – желчно спросила Туи-Лу.
– Одни? Мы были не одни. Вместе с нами сражались Ван, наследник клана серпаи, а также Бреган, наследник клана тайганов.
Малак вскинул брови.
– Хочешь сказать, вы выследили и убили тех людей… вместе? То есть вы разговаривали друг с другом, и они к вам присоединились?
Вопрос Малака прозвучал как гром среди ясного неба, и тишина в зале сделалась настолько тяжёлой, что Майя слышала, как в ушах стучит кровь. Она боялась пошевелиться. Боялась дышать. Казалось, установилось затишье после взрыва бомбы.
Йолан поскрёб ногтями шею, и этого жеста оказалось достаточно, чтобы нарушить воцарившуюся в зале почти сверхъестественную тишину.
– Верно. Разве остальные вам об этом не рассказали?
Члены Совета, за исключением Йолана и Малака, потрясённо переглядывались. Йолан снова заговорил:
– Ты можешь идти. Совет услышал достаточно, и теперь нам нужно посовещаться.
Кивнув, Майя пошла к выходу, но уже у двери остановилась и повернулась к старейшинам.
– Знаю, вы, вероятно, мне не поверите, но я думаю, люди что-то замышляют, и не я одна так считаю… На вашем месте я бы не теряла время, выясняя, нарушила ли я закон, когда повела волков в бой бок о бок с другими ёкаями, и не стала бы гадать, как спасти мирные соглашения, которые двуногие только что сознательно нарушили. На вашем месте я бы задумалась о том, что замышляют люди.
Брангард был вне себя от злости и сгорал от желания кого-нибудь убить, неважно кого. Он яростно взмахнул рукой.
– Пропали? Что значит «пропали»?!
Жемлан, невысокий смуглый человек с бегающим взглядом, посмотрел на сидящего за столом здоровенного рыжебородого детину и почувствовал, как у него перехватывает дыхание.
– Глава, мы искали, но их нигде нет.
Брангард стукнул кулаком по столу.
– А волчица? Тигр? До них добрались?
Аганель, стройный, изящный блондин, сидевший рядом с Жемланом, покачал головой.
– Насколько мне известно, шансов на это мало.
Брангард вскочил, схватил с полки вазу и разбил её об пол.
