Из стены раздался голос:
– Может, и прольет, – и перед ним возник франт в нелепом наряде. Прокс тяжело вздохнул:
– Манувар, когда ты научишься одеваться?
– А что не так с моим нарядом? – удивленно спросил молодой человек. – Красный камзол, фиолетовые штаны, зеленые сапоги из кожи крокодила… Тебе не нравятся цвета?
– Сами по себе они великолепны, но их сочетание… – начал Прокс, но оборвал себя. – Но об этом потом. Я пока не понял и половины того, что здесь написано…
– А что там? – спросил Манувар, протягивая руку за свитком.
Прокс передал ему пергамент, и Манувар, обойдя Генриетту, извинился:
– Прости, дорогая, я поговорю с тобой позже.
– Дорогая? – воскликнула Исидора. – Ты называешь эту тварь дорогой?
– Но она моя невеста, – ответил Манувар. – Как мне еще ее называть?
– Казнить эту тварь! – закричала Исидора.
– Если мы казним всех, кто сейчас имеет демонов, в стране людей никого не останется, – спокойно ответил Манувар. – Будь добрее, Исидора.
Он отвернулся от девушки, чье лицо исказилось от удивления.
– Так что здесь? – спросил Манувар, вновь погружаясь в чтение. – Если ты… Так, так, бу-бу-бу… Туннель, понятно. Ты видишь туннели? – спросил он Прокса.
– Вижу, – ответил Прокс.
– А почему ты сверкаешь золотом, а? – спросил Манувар, отрываясь от свитка. – И эта девушка тоже?
– Так надо, – ответил Прокс недовольно и глухо.
– Раз надо, значит надо, – ответил Манувар, не отрываясь от чтения. Его голос звучал ровно, но в нем чувствовалось скрытое волнение. – Что тебе непонятно? – спросил он, подняв глаза.
– Все. Что я должен сделать? – спросил Прокс, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее.
– Как что? – усмехнулся Манувар. – Приказать демонам покинуть этот мир и вернуться туда, откуда они пришли.
Прокс нахмурился, пытаясь осознать масштаб задачи. Он знал, что демоны – существа могущественные и опасные, и их изгнание потребует невероятной силы воли и концентрации. Способен ли он на такой подвиг и что с ним станет после этого? Прокс, как агент, всегда просчитывал возможные последствия тех или иных своих действий.
– И все? – наконец спросил он, чувствуя, как внутри него поднимается волна сомнений.
Манувар покачал головой, его глаза сверкнули в полумраке комнаты.
– Нет, не все. Потом еще надо отправить стражей точек привязки туннелей обратно, а затем уйти к себе.
Прокс кивнул, чувствуя, как его руки сжимаются в кулаки. Он вдруг понял, что это будет нелегко, ему придется пройти суровое испытание, которое может плачевно для него закончиться. Но и другого выхода он не видел. Он пару раз глубоко вздохнул, а затем применил голос власти:
– А ну, демоново отродье, обратно все домой! – внезапно закричал он, его голос эхом разнесся по миру Теллурии. Он потряс его основание. Замок затрясся, послышался неясный гул из-под земли.
И тут мир перевернулся. Прокс почувствовал, как земля уходит из-под ног, а пространство вокруг него сжимается до крошечного клочка в бескрайнем космосе. Демоны, которые еще мгновение назад были повсюду, начали с отчаянными воплями засасываться в туннель. Их тянула неведомая сила, они летели нескончаемым потоком, словно река, уносящая свои воды в море.
Прокс стоял в центре этого хаоса, ощущая, как его сердце бьется в унисон с ритмом вселенной. Он знал, что это только начало, но он был готов. Именно он был центром силы этого притяжения, его тело напряглось, стало разрываться, но воля Прокса держала стремнину потока в прежнем ритме. Он почувствовал, как разрывается между мирами, боль окутала все его существо, и он обратился к силе, которую никогда не испытывал. Ему нужна была точка притяжения, и он отчаянно боролся за себя, за этот мир, за будущее и за право на месть. Он увидел в хаосе свет. С надеждой потянулся к нему и увидел крошечного человека, его сердце билось, и это был его ребенок. Нежность и неожиданно нахлынувшее чувство любви стало скрепой для его истерзанного тела и души. Он ухватил этого ребенка, обнял крыльями и замер. Их окружил кокон счастья и умиротворения, хаос бесновался снаружи, внутри кокона царили мир и любовь. Впервые Прокс чувствовал себя счастливым.
Когда последний демон исчез в туннеле, мир вернулся в свою привычную форму. Прокс тяжело вздохнул, ощущая, как усталость разливается по его телу.
Он стоял, обняв Исидору руками и прижимая к себе.
– У нас будет ребенок, – произнес он. – Я видел, – добавил он и крепче обнял женщину.
– Надо же, – произнес Манувар задумчиво. – С тобой была демоница. Ее унесло сквозь стену, и она кричала: «Спаси меня, господин…»
– Она мне помогала, – ответил Прокс, его голос был хриплым от напряжения.
– Бывает, – кивнул Манувар, его глаза блеснули в полумраке. – Мое проклятие разрушено, и я могу говорить.
Он подошел к Генриетте, которая все еще сидела на полу, пытаясь прийти в себя. Он помог ей подняться, затем принес стул из библиотеки и бережно усадил ее.
