Ночное небо затягивали тяжелые тучи, подгоняемые холодным ветром. На ветвях деревьев лениво переговаривались вороны, объевшиеся человечиной. Отяжелевшие, они не хотели слетать с покачивающихся веток. Ветер налетал порывами, раскачивая кроны могучих столетних дубов.
Генерал Марциус Легатус, кутаясь в шерстяной походный плащ, сидел у костра в раскладном кресле, с унынием обреченного глядя на огонь. Его постигла тяжелейшая неудача в этой войне.
Перед началом наступления на Вангор казалось, что это будет легкая прогулка. Данные разведки говорили о том, что общество Вангора разобщено и разлагается, а лорды склоняются к тому, чтобы принять правление империи. Армия королевства слаба, плохо обучена и недисциплинированна, и стоит только подтолкнуть ее, как она развалится и побежит. Генерал, отдавший службе не один десяток лет, был уверен в этом.
Но неожиданно для него события повернулись совсем в другую сторону. Король Меехир Девятый поставил над южным корпусом старого архимагистра мессира Кронвальда, и тот проявил недюжинные организаторские и военные способности.
«Зря, – подумал генерал, – мы недооценивали магов Вангора. Это сильные и преданные королю вояки, и среди них есть немало умных и одаренных людей». И этот мессир навел порядок, твердой рукой управлял войсками и заставил их сражаться.
Он действовал решительно и жестоко. Безжалостно казнил тех, кто не желал сражаться или нарушал дисциплину, и он совершил невозможное – остановил продвижение армии империи. Вангорцы боялись его больше, чем пасть в бою против самой совершенной военной машины в этом мире. Ее обучали и тренировали годами, и она не знала поражений… Пока не столкнулась с Вангором.
Его армия стояла у стен Старой крепости, не в силах преодолеть оборону корпуса вангорцев. Воины в укрепленных лагерях стояли непоколебимо, получая постоянные подкрепления от баронских дружин. Бароны сражались яростно, погибая и унося жизни имперских солдат с собой.
Генерал не ожидал таких потерь. За свою долгую службу он не сталкивался с подобным. Где же сведения о том, что они хотят принять империю и войти под ее покровительство? «Это обман, обман, сплошной обман», – с горечью подумал он. Его армии пришел конец, как и его карьере.
Разведчики доложили, что орки перешли границу Вангора и степи и движутся ему в тыл, перекрывая поставки продовольствия и снаряжения. В таких условиях продолжать боевые действия было невозможно, и генерал еще вчера отдал приказ отступать.
Навстречу оркам он отправил дворянское ополчение во главе с графом Лучиано. Их задача заключалась в том, чтобы во встречном бою разбить орков и освободить проход для тяжелой пехоты. Ее повел в империю полковник Вастанас, человек из простолюдинов, доказавший свое умение командовать и принимать неординарные решения.
Для прикрытия спешного отступления генерал оставил наемные дружины. Их активные действия должны были создать видимость, что вся армия империи находится на своих местах. Сейчас главное было спасти ядро армии – тяжелую пехоту и магов. Он бросил все осадные орудия и сам остался с наемниками и знаменем армии.
Генералу не было смысла возвращаться в империю. Его там ждали позор и казнь. Император не прощает поражений. Марциус решил умереть здесь и не испытать позора. Племянника Арниеля, своего адъютанта, он отправил с Лучиано. Пусть хоть он спасется, и его сестра не узнает горя.
Рядом с генералом расположились прапорщик-знаменосец и два солдата охраны. Еды у них не было, последнее съели вчера, но генерал не переживал, зная, что этот день вряд ли переживет.
Согреваясь одним боком у огня костра, он начал дремать. Его разбудил шум подъезжающего всадника. Марциус открыл глаза и посмотрел в ночной сумрак. К костру спешил человек.
– Мой генерал, – преклонил колено воин, – вангорцы заметили уход армии, и отряды лордов начали полномасштабную атаку. Они прорвали центр и обхватывают фланги наших позиций. У нас мало сил, чтобы защитить наши лагеря, надо отходить.
Генерал встал и скинул плащ.
– Собери всех, – приказал он воину, – поваров, писарей, обозников – сюда, под знамя. Я поведу их в контратаку. Нам надо задержать их хотя бы до утра.
Воин встал с колена, отдал честь ударом кулака в грудь и скрылся в темноте.
– Арчибальд, – возвысив голос, произнес генерал, обращаясь к прапорщику, – коня мне и себе. Мы поведем в бой наш резерв под знаменем империи.
Со всех концов лагеря к знамени стали собираться люди. Это не были обученные воины, и у некоторых не было даже оружия, но их собрали почти три сотни. Охрана лагеря генерала окружила собравшихся, и сам генерал воззвал к ним, сидя на коне:
– Имперцы, мы всегда были сильны духом. Мы рождены быть победителями. Сейчас мы ринемся в бой и остановим жалкого врага, я поведу вас за мной, братья по оружию, – он затряс копьем и повел коня шагом к воротам лагеря.
