Прокс молниеносно вырвал копье из рук охранника и ударил его в лицо. Мардаиба исчезла в воздухе, и все стихло. Прокс вышел из кареты и взглянул на ошеломленного Авроса, который держался за окровавленную шею; под его ногами лежали истекающие кровью бандиты.
– Простите, ваша милость, не думал, что эти твари позарятся, ведь плату хорошую обещал, – произнес Аврос.
– Ничего, Аврос, бывает, их жадность погубила. Все убиты?
– Думаю, все, тут ваша служанка еще порезвилась, – он отвел взгляд в сторону.
– Давай, Аврос, их закопаем, в карете на задках есть лопата, не надо оставлять тела так.
Аврос понял его и быстро вырыл общую могилу. Тела бросили в яму и закопали. Аврос походил по земле, утаптывая ее, и отряхнул руки.
– Поделом мерзавцам, – прошептал он. – Ну что, ваша милость, едем дальше? Дальше-то поспокойнее.
– Едем, – кивнул Прокс.
Он сел в карету, где уже сидела отяжелевшая от сытной пищи демоница, на которую испуганно смотрела Исидора. Когда Прокс сел, она нагнулась к нему и тихо спросила:
– Кто она?
– Она помощница, отправленная нам на помощь моим… другом, – немного помешкав, произнес он. – Я ей доверяю.
Исидора, неудовлетворенная ответом, искоса посмотрела на Мардаибу, сидящую с закрытыми глазами, но промолчала.
Остановились на ночлег в небольшом городке под названием Вчетные Вшишки. У трактира их остановил наряд стражников.
– Кто такие? – спросил старший. Получив в руки золотой, он доброжелательно махнул рукой: – Проезжайте, господин.
Городок производил странное впечатление: ухоженный, чистый, с двухэтажными домами под красными черепичными крышами и опрятно одетыми горожанами, но в нем чувствовалась какая-то искусственность, словно все это были декорации, прикрывающие то, что хотели скрыть от любопытных глаз.
В зале трактира было много странных личностей с быстрыми бегающими взглядами. Аврос оробел и подсел к Проксу.
– Тут много шпиков, – промолвил он, уткнувшись в кружку.
– Ты тут раньше бывал? – спросил Прокс.
– Бывал, и часто, по молодости сплавлялся по реке, сносился со здешними разбойничками.
– А сейчас связаться с ними сможешь? Надо узнать, что тут происходит.
– Попробую, дайте мне серебра. А то стража в кутузку заберет.
– У тебя камни есть и драгоценности.
– За камни и драгоценности повесят, ваша милость, предварительно все отберут.
– На, – усмехнулся Прокс и положил на стол мешочек с монетами. Аврос быстро спрятал его и направился на выход.
Присутствующие с любопытством наблюдали за новоприбывшим гостем и его компанией. К счастью для Прокса, они не обращали внимания на Исидору, а Мардаиба, подыгрывая им, нахлобучила пониже шляпу. Местные должны были понять, что замужняя дама в загуле и не хочет, чтобы ее узнали. Вскоре на них перестали обращать внимание.
Прокс поел и поднялся на второй этаж в свою комнату. Номер был двухкомнатный, и не надо было прятаться от любопытных глаз.
Поздно вечером вернулся Аврос, слегка выпивший. Он тяжело опустился на лавку у дверей и, тяжело дыша, начал говорить:
– Дело такое, ваша милость, ищут мужчину средних лет, высокого, и с ним светловолосую девушку. Даже портрет есть, вот, – он положил перед собой лист бумаги.
Прокс взял его и сразу узнал Исидору. Он долго рассматривал рисунок и погрузился в размышления. Очевидно, сестра Исидоры не оставила их в покое и предприняла меры по их поиску. Его описание было довольно поверхностным – видимо, его не рассмотрели внимательно, но были уверены, что с ним будет Исидора.
Прокс не мог понять, почему их ищут именно здесь. Возможно, их след шел из замка Манувара, где среди магов Мардаиба искала способ убрать артефакты. Иначе как объяснить такой наплыв агентов и стражников? Он сжег портрет Исидоры на огне и внимательно посмотрел на нее.
– Аврос, сходи попроси у трактирщика орехи, – приказал он. Исидора замерла под его взглядом и задрожала.
Когда Аврос вернулся с тарелкой, полной лесных орехов, Прокс выбрал самые крепкие и подал их Исидоре.
– Положи орехи за щеки, – попросил он.
– Зачем? – удивилась девушка.
Вместо него ответила Мардаиба:
– Затем, крошка, что тебя ищут, у твоей сестры есть точное описание, как ты выглядишь, и везде стражникам розданы твои портреты. Так ты хоть немного будешь отличаться от своего изображения на портрете.
Исидора сунула орехи за щеку и мгновенно изменилась. Теперь ее трудно было узнать. Прокс сложил полотенце и, подняв подол платья Исидоры, стал засовывать его за корсет.
– Что ты делаешь? – опомнилась Исидора и начала вырываться. Аврос беззвучно рассмеялся.
– Так надо, – проворчал Прокс и все же засунул полотенце. Теперь Исидора вообще не была похожа на себя. – Так и походишь пока, – удовлетворенно произнес Прокс, оглядев девушку.
Прокс неспешно прохаживался по комнате, погруженный в глубокие раздумья. Наконец, он обратил свой взор на разбойника Авроса.
– Скажи мне, Аврос, кем мне лучше представиться, если меня вдруг спросят ищейки полиции?
Аврос, слегка прищурившись, ответил:
