— Жизнь — это бесценный дар. Даже если ты потерял своё сокровище, в жизни есть другие радости, которым можно предаться. Не всё должно быть связано с сексом, — Цзу Ань надеялся, что его слова утешения придадут мотивации Цветку Сливы Двенадцатому.
Его задача усложнится, если тот сдастся без боя.
— Как насчёт этого? Если сможешь получить хоть один губао, я сразу спасу тебя!
Цветок Сливы Двенадцатый воодушевился этими словами, но быстро вспомнил, как Цзу Ань нарушил своё предыдущее обещание.
— Я не поверю тебе на слово! Я требую, чтобы ты составил контракт.
Трудно было наблюдать за сильным, жёстким мужчиной, каким являлся Цветок Сливы Двенадцатый, находящимся на грани слез.
— Где я, по-твоему, найду бумагу? — проворчал Цзу Ань. — Как насчёт этого? Клянусь, что если пойду против своих слов, то в течение месяца не смогу… нет, это неправильно… в течение трёх дней не смогу поднять свой флагшток!
Цзу Ань решил, что с учётом его нынешнего состояния это было безобидное обещание.
"Каким бы грозным Божественным Врачом ни был Цзи, он всё равно не сможет вылечить меня за несколько дней… Боже, почему мне вдруг хочется плакать?"
Цветок Сливы Двенадцатый был вне себя от радости. Клятвы и контракты в этом мире имели обязательную силу, а их нарушение влекло за собой быстрое возмездие. Поскольку Цзу Ань осмелился дать подобную клятву, не могло быть никаких сомнений в его искренности. Просто продолжительность была немного…
— Нет, так не пойдёт. Ты должен поклясться, что не сможешь поднять его на протяжении всей своей жизни!
Цзу Ань пришёл в ярость:
— Да пошёл ты! Подумай о том, как прекрасна моя жена! Разве не достаточно плохо не иметь с ней отношений в течение трёх дней? Самое большее, на что я пойду, — это семь дней. Больше никаких торгов!
Цветок Сливы Двенадцатый счёл доводы Цзу Аня чрезвычайно убедительными. Если бы у него была такая красивая жена, как первая мисс клана Чу, он бы не желал покидать её постель. Недееспособность в течение семи дней будет кошмарным проклятием для Цзу Аня.
Конечно, Цветок Сливы Двенадцатый не знал, что Цзу Аню было запрещено даже входить в комнату первой мисс.
— Хорошо, договорились!
Цветок Сливы Двенадцатый взял себя в руки. Его глаза наполнились боевым духом. Получение одного губао не было безнадёжным делом. Как только он вернётся в город, его крёстный отец и двенадцать крёстных братьев отомстят за него. Он был полон решимости превратить этого отвратительного парня в фарш несмотря ни на что!
Среди Тринадцати Защитников Цветущей Сливы не было добросердечных душ. Только те, кто был порочен и упорен, могли подняться до такого положения. Цветок Сливы Двенадцатый с рычанием оторвал рукава своей рубашки и использовал полученную ткань, чтобы закрепить раненый пах.
Ассрипые волки набросились на него. Трое из них пошли в лобовую атаку, в то время как трое других попытались обойти его с тыла.
Цзу Ань почувствовал пробежавший по спине холодок. Ассрипые волки оказались гораздо проворнее, чем он ожидал, а их шкуры выглядели довольно толстыми. Цветок Сливы Двенадцатый был культиватором на третьей ступени второго ранга, обладающий достаточной силой, чтобы одним ударом расколоть ствол дерева. И всё же волки отделывались от его ударов лишь яростным воем.
Цветок Сливы Двенадцатый отправил ассрипого волка в полёт сильным ударом, занимая оборонительную позицию, когда другой зверь бросился на него сзади. Его лоб нахмурился в напряжённой сосредоточенности, а глаза заметались по сторонам в попытках отследить всех противников.
— Чёрт подери! Если я должен собрать для тебя губао, тебе не кажется, что ты должен хотя бы отдать мне мой кинжал?
{Вы успешно затроллили Цветка Сливы Двенадцатого на 187 очков ярости!}
— Лови! — крикнул Цзу Ань, бросая кинжал в сторону осаждённого убийцы.
Он не беспокоился о том, что Цветок Сливы Двенадцатый воспользуется шансом и нападёт на него. Тот не сможет избавиться от полудюжины кровожадных зверей на достаточно долгое время, чтобы подняться по склону.
Цветок Сливы Двенадцатый участвовал в бесчисленных битвах во время своего жестокого и кровавого восхождения к рядам Тринадцати Защитников. Его движения не были броскими, но каждое из них было прямым и практичным.
Он охотно получал неопасные раны, чтобы наносить сильные удары нападающим волкам, всё время защищая свои жизненно важные органы.
"Значит живот — это главное слабое место ассрипых волков".
Цветок Сливы Двенадцатый игнорировал головы и шеи ассрипых волков, вонзая свой кинжал им в животы.
Инстинкты, давшие ассрипым волкам их имя, также облегчили борьбу Цветку Сливы Двенадцатому. Они могли бы легко одолеть его, атакуя с разных сторон, но вместо этого кружили позади него и целились ему в зад.
Используя эту предсказуемую тактику, Цветку Сливы Двенадцатому удалось убить всех шестерых волков, хотя сражение с ними далось ему нелегко. Он рухнул на землю в изнеможении, покрытый многочисленными укусами и глубокими рваными ранами:
— Поторопись и вытащи меня наверх! — потребовал Цветок Сливы Двенадцатый.
