- Хмм... Я не знаю, что эльфы имели против тебя, но против меня-то что? – возмутился Сайшес.
- Кроме того, что ты темный? Да ничего, - усмехнулся Витан. - И этого с лихвой хватит...
Сай, поднявшись из подвала, снова подошел к эльфу.
- Скажите, пожалуйста, а что будет, если не пронзать сердце кинжалом?
Эльф удивленно приподнял брови.
- К чему такой вопрос? Существует ритуал... Если сердце не пронзить кинжалом, оно через какое-то время станет снова металлическим, связав с собой и сердце вашего друга. И если после этого он сможет остаться жить, то сердце его уже больше не будет чувствовать ничего - вы получите просто бесчувственную куклу...
Ни Морион, ни Эст в этом вопросе помочь не смогли - они сами ничего не знали о ритуале снятия Клятвы Полного Подчинения.
Ночью Сайшес так и не смог уснуть. Он дождался, пока затихнет Ольгерд, и поднялся. Отошел к окну и принялся молиться... Кому? Он не знал... Луане... Тьме... Он просто просил направить его на истинный путь, дать силы разобраться во всем самому, помочь...
А с кровати на него смотрел Ольгерд... Завтра ритуал... Он видел своё чудо, может быть, в последний раз... Действительно, чудо... С тех пор, как он увидел Сайшеса в первый раз, жизнь его уже никогда не будет прежней. Сай давал ему так много... Отдавая всего себя, зачастую рискуя, согревая своей любовью… А сегодня, впервые за семь лет, он ощутил поддержку семьи... Семьи, которую тоже дал ему любимый. Да, может быть, завтра он умрет... Но сожалений не было. Он хотел жить. Теперь. Хотел, как никогда раньше! Но и рисковать возлюбленным он не мог. Рисковать тем, что когда-нибудь Харальд подловит его и заставит пойти против всех... Нет. Лучше умереть самому... Хотя... Эльф сказал - пятьдесят на пятьдесят, а это уже много.
*Общий мир людей отделен Завесой Времени, от мира нираахов и чиэрри, и только на стыке миров, в храме Судьбы, в центральном его зале, находятся дымчатые двери переходов. Между миром чиэрри и нираахов завесы нет.
Глава 63.
Эпиграф к главе написан eingluyck1!
***
Сейчас, на пике самой жизни,
Глаза в глаза, моля богов,
Кровавую справляя тризну,
Ты постигаешь суть основ…
Никто, кроме тебя не знает
Где правильный простерся путь.
Лишь сердце холодом сжимает:
«Лишь тот, кто любит!..» - не забудь!
Единственный, любимый, твой!
За ним – на смерть, на край земной!
*** Материк Лирия. Поместье Дома Теневого Пламени.
Утро выдалось хмурое и дождливое, словно само небо заранее плакало...
В гостиной собрались только самые близкие - те, кто мог в случае чего помочь. Сайшес нервно оглянулся и, увидев Таури, подошел.
- Не уходи, брат, пожалуйста... – вышло это как-то жалко, и Сай, не договорив, замолчал.
- Успокойся, я не оставлю тебя, не уйду никуда. Я буду тут, пока не прогонишь, - Таури улыбнулся и ободряюще стиснул его плечо пальцами. – Все будет хорошо, - внушал он брату, ощутив под рукой нервную дрожь, бьющую юношу. Не зная, как ещё успокоить своего близнеца, Таури притянул его к себе и крепко обнял.
- Ладно... – задушенно выдохнул Сай, словно ему не хватало воздуха. – Пойду я...
- Снимите, пожалуйста, рубашку, - проговорил эльф, глядя на Ольгерда. - Нам нужно будет видеть вашу метку.
Пока Ольгерд расстегивал пуговицы, Сайшесу становилось все хуже. Мало того, что его любимый может сейчас умереть, так он еще и должен тут сидеть при всех, раздевшись, и все будут глазеть на него...
- Стойте! – не выдержал он в конце концов. – Я прошу вас всех, кроме Таури, выйти.
- Но... – начал Арт, а потом, прочитав что-то во взгляде принца своего Дома, качнул головой в знак согласия, развернулся и вышел. За ним потянулись и остальные, только эльф остался стоять.
- Я просил уйти всех, - нахмурился Сай.
- Я же буду проводить обряд... – начал эльф.
- Я его сам буду проводить! – Сайшес пытался говорить спокойно, но раздражение явно слышалось в его голосе.
- Хорошо, - скривился эльф в полуоскале. - Только потом меня ни в чем не вините! – и нервно вышел, хлопнув дверью.
Ольгерд не сказал ни слова, словно к нему это и не относилось, он только продолжал расстегивать рубашку и, сняв, уселся на стул...
Сайшес взял в руки Венец и замер: целый, он выглядел совсем иначе, чем когда был просто составлен из кусков - теперь шипы щетинились как внутрь, так и наружу. Венец выглядел хищно, очень хищно... Что делать? За ночь Сай так ни на что и не решился...
Слова Витана звучали в его голове, словно тот стоял рядом: «Ты должен отринуть свою жалость и верить. Верить, что причиняешь боль во благо».
Хорошо. Это он сможет. Если Венец назвали Венцом Крови, значит, он действительно с кровью и связан. Так, первое он для себя решил. А дальше? Брать кинжал в руки или нет?
- Сай... – негромко позвал его Ольгерд. - Давай уже, а?
«Он тоже нервничает», - понял Сайшес, вздохнул и подошел к своему хельдингу. Ноги его не держали, страх разливался по телу противной слабостью, и юноша не придумал ничего другого, как оседлать Ольгерда, усевшись к нему на колени, лицом к лицу.
- Мне придется сделать тебе больно, - сказал Сайшес, вглядываясь в глаза любимого.
