Катя глубоко вдохнула, словно собираясь прыгнуть в ледяную воду. Её пальцы всё ещё нервно теребили подол футболки, но в голубых глазах мелькнуло решимость. Она встала с кровати медленно, как будто каждое движение давалось ей с трудом. Её тонкие плечи, дрожащие от напряжения, едва заметно опустились, когда она сделала первый шаг.
– Артём… – её голос прозвучал тихо, почти шёпотом, но тишина комнаты сделала каждое слово отчётливым. – Может… мы могли бы быть вместе? На эту ночь…
Её слова остались звучать, словно хрупкая нить, готовая оборваться от малейшего дуновения. Катя смотрела на него снизу вверх, боясь его ответа больше, чем всего остального. Артём резко поднял голову, словно не веря своим ушам. Щепка, которую он сжимал в руке, выскользнула и упала на пол с глухим стуком. Он замер на мгновение, его взгляд стал тёплым, почти удивлённо-мягким.
– Конечно, Кать, – сказал он наконец, и его голос звучал искренне, хоть и немного дрогнул. – Спасибо, что спросила.
Он улыбнулся, и это была та улыбка, которая разгоняла тучи, хотя бы ненадолго. Катя смущённо опустила глаза, её лицо залилось лёгким румянцем, который контрастировал с бледностью её кожи. Но в её взгляде появилось нечто новое – оттенок облегчения, будто огромный груз упал с её хрупких плеч.
– Ну надо же, – протянула Лиза, которая всё это время наблюдала за ними с явной усмешкой. Она грациозно поднялась, её движения были полны той уверенности, которая не оставляла сомнений в её намерениях. Лиза приблизилась к Игорю, не отводя от него взгляда. Её серо-зелёные глаза, сверкающие насмешкой, были словно вызов.
– Что скажешь, Игорь? – произнесла она, чуть наклонив голову. В её голосе звучала небрежная лёгкость, за которой скрывалась доля истинного интереса. – Думаю, нам будет интересно провести эту ночь вместе.
Игорь, который до этого момента казался погружённым в свои мысли, медленно поднял глаза. Его взгляд, обычно спокойный и сосредоточенный, сейчас искрился чем-то едким, почти зловещим. Он выдержал паузу, словно размышлял, стоит ли отвечать. Наконец, уголки его губ дрогнули, складываясь в тонкую, чуть язвительную улыбку.
– Почему бы и нет? – сказал он с нарочитой ленцой, но затем его голос стал ниже, почти угрожающим. – Но, Лиза, будь готова – ты об этом пожалеешь.
Лиза на мгновение напряглась, её усмешка померкла, но она быстро взяла себя в руки. Её брови чуть дрогнули, как будто она оценила скрытый смысл его слов.
– Посмотрим, кто из нас пожалеет, умник, – парировала она, наклоняясь чуть ближе, словно не боялась проверить пределы его терпения.
В стороне Анна поднялась так же молча, как и Катя, но её движения были полны внутреннего контроля. Она шагнула к Дмитрию с уверенностью, не оставляющей места для сомнений. Дмитрий заметил её сразу, и его взгляд, всегда проницательный, с интересом изучал её лицо.
– Думаю, нам с тобой будет проще, чем с кем-то другим, – произнесла она ровным голосом. В её интонации не было и намёка на эмоции, но под этой маской скрывалась ясная оценка ситуации.
Дмитрий кивнул, как будто подтверждая её вывод.
– Логичный выбор, – коротко ответил он, и в его голосе тоже не прозвучало ничего лишнего.
Его губы на мгновение изогнулись в лёгкой улыбке, но эта улыбка скорее была для него самого, чем для Анны. Она восприняла это спокойно, без лишних слов.
Комната снова погрузилась в тишину. Каждый сделал свой выбор, но от этого напряжение не исчезло. Напротив, оно стало другим – более глубоким, вязким, как густой туман, заполняющий каждую щель.
Как только тишина в комнате стала почти невыносимой, раздался резкий щелчок динамика. Участники вздрогнули, подняв головы, и замерли в ожидании. Голос, как всегда, прозвучал ровно и холодно, словно записанный заранее:
– Все пары должны определиться, в чью кровать ляжет второй участник. Один из вас должен провести ночь в постели своего партнёра. Это не обсуждается.
Фраза, произнесённая с бездушной чёткостью, сразу создала новую волну напряжения. Никто не осмелился заговорить. Казалось, слова, только что прозвучавшие из динамика, разлетелись по комнате, как мелкие осколки стекла, задевая каждого.
– Ваше общение – ключ к пониманию друг друга, – продолжал голос. – Но помните: даже в этом месте слабость непростительна.
Последняя фраза была жёсткой, почти угрожающей, и от неё казалось, что воздух в комнате стал ещё плотнее. Никто не двигался. Все словно ожидали, что кто-то другой первым примет решение, которое изменит их личное пространство.
Анна первой нарушила замешательство. Она поднялась с места с привычной осторожной грацией, обернулась к Дмитрию и коротко сказала:
– Ты можешь выбрать. Мне без разницы.
Её голос был ровным, но в нём читалась отстранённость, как будто она уже успела внутренне смириться с этим странным сценарием. Дмитрий чуть кивнул, давая понять, что принял её слова, но ничего не ответил. Он медленно пошёл к её кровати, его движения были уверенными, будто он хотел показать, что контролирует ситуацию.