Почитав прессу под ворчание своего главного архитектора, поразмышляв недолго, стал собираться в дорогу.
– Куда Вы, Серафим Фёдорович? На улицах неспокойно, толпы народа собираются – а Вы ни слова по-немецки. Побить могут!
– Иду собрать камни, Александр Александрович.
– Какие «камни»?
– Какие были разбросаны вчера. Кстати, напомните мне: как будет по-немецки «не бейте меня»?
В назначенное время, по письменной рекомендации представителя «Межрабпома» при Коминтерне Франца Юнга – состоялась моя встреча и довольно продолжительная беседа с Вилли Мюнценбергом – Председателем этой организации.
Хотя и через переводчика: он – ни слова по-русски, я – только «Гитлер капут»… Но ничего – переговоры прошли в конструктивном формате.
Конечно, основной темой тёрок были нюансы с киностудией «Красная Русь – Межрабром», которую я буквально увёл из-под его носа. Это обстоятельство Вилли изрядно напрягало – но уже полученное от «Совкино» разрешение на заграничный прокат «Аэлиты», всё же настроило его на более позитивный лад.
Закончив с делами творческими, перешли к производственным.
Прежде всего, товарищ Мюнценберг не таясь рассказал мне про планы организации относительно Советского Союза. И здесь, я вынужден с горечью констатировать: немецкие коммунисты, иначе Россию не видят – как сельскохозяйственно-сырьевым придатком будущей социалистической Германии…
Я ему про заводы и фабрики, да передовые технологии – а он мне про колхозы, леспромхозы и рыбные хозяйства.
И как рогами об каменную стену!
В его видении, в будущей «Всемирной Федерации Советов» – место России «у параши». Вроде Монгольской Народной Республики при СССР – как в «реальной» истории.
Всё же договорились об сотрудничестве «Красного рассвета» и «Межрабпома» в создании «на паях» двух десятков рыбо-перерабатывающих заводиков вдоль Волги и на северных берегах Каспия.
Почему-то в окружённой морями Советской России – с её то, неисчислимыми реками, речушками и озёрами – продаётся на удивление мало рыбы, не говоря уже про морепродукты.
Конечно, я не про «осетрину первой свежести» на столах ресторанов и «спецбуфетов» – для нэпманов и партноменклатуры. Я про массового потребителя – про народ, то есть.
Стоит только немного отъехать от водоёма – как не встретишь ни одного продавца этими видами продовольствия. По-моему, дело в способах хранения, переработки и транспортировки этого скоропортящегося продукта – они были крайне отсталыми, оставшимися ещё со времён царя Гороха.
И я намерен – хотя бы в среднем Поволжье, эту ситуацию несколько исправить.
Было решено попробовать создание сети автозаправочных станций «АЗС» в крупных советских городах, начиная с Москвы. В Германии они, хотя и не «на каждом шагу» как в «моём» времени, конечно, но когда ехал на поезде – попадались на глаза довольно частенько, даже в сельской местности.
На просторах «одной шестой» – ни одной бензоколонки, я за три года не видел…
Заправляют технику буквально вёдрами!
Хотя, есть повод для личной гордости: уже, всё чаще и чаще – из двадцатилитровых канистр, производства ульяновского кооператива «Красный рассвет».
Кроме того, было подписано «намерение» о помощи в организации Ульяновской «Станция селекции сельскохозяйственных культур», участии в деятельности АО «Красный лесхимпром» и кое о чём ещё, «по мелочи».
Ну, с паршивой арийской овцы – хоть шерсти клок!
Закончив дела производственные, перешли в политике.
– …Вилли, – перевоплотившись в библейского Змея-искусителя, говорю я ему, – а не кажется ли тебе, что «Межрабпом» – может и должен играть более важную роль в Веймарской Республике, чем Коммунистическая Партия Германии?
Бла, бла, бла и, по глазам вижу – осторожно пробует наживку:
– Это было бы весьма желательно.
– Мало того и в международном движении, твоя организация – могла бы играть более важную роль, чем даже Коминтерн.
– Почему, камрад?
Между нами, определённо уже установлен некий «вербальный контакт» и поэтому, я могу позволить себе говорить вполне откровенно:
– Что сам Коминтерн, что компартии в него входящие – суть есть пустопорожняя говорильня…
«И террористические организации, – хотелось добавить мне, но я не рискнул, – которые рано или поздно, прижмут к ногтю. Теперь уж скорее рано – после вчерашнего прискорбного инцидента».
– …Мы же с тобой, камрад Вилли – люди дела. Ведь верно?
– Oh ja! Sie haben vollkommen recht, Genosse Seraphim!
– А люди дела всегда нагнут болтунов, ведь так?
Хотя фриц-переводчик довольно долго пыхтел – ища в немецком подходящие слова для «нагнуть», камрад Вилли вновь согласился со мной.
– А теперь, давай вместе подумаем, как этого достичь…
Когда хорошенько подумали и, кой что наметили, я:
– Вилли! Тебе известно, что между деловыми людьми положено так: «Ты – мне, я – тебе»? Я тебе – место на германском «политическом Олимпе», а ты…
Снова трудности перевода, но всё же:
– Что ты хочешь?
Предъявил свои хотелки:
