– Потому что она пыталась заставить меня убить ее.
– Откуда ты знаешь? – поддразнивал Джордан.
– Она говорила: «Давай, Крис, давай». Но я был не в силах это сделать. Она все повторяла: «Давай, Крис, давай». А потом положила свою руку на мою и подтолкнула ее.
– Она подталкивала твою руку? А она нажимала на твой палец, лежащий на спусковом крючке?
– Не знаю.
Адвокат наклонился ближе к нему:
– Она надавливала на твое запястье, чтобы двигалась вся рука?
– Не знаю.
– Крис, ее палец касался спускового крючка?
– Я не уверен.
Он сильно потряс головой, пытаясь собраться с мыслями.
– Она подталкивала рукой твой палец на спусковом крючке?
– Не знаю, – рыдал Крис. – Не знаю.
– Крис, это ты нажал на спусковой крючок? – приблизившись к лицу Криса, спросил Джордан, и Крис кивнул. У него были красные воспаленные глаза, из носа текло. – Крис, – обратился к нему Джордан, – откуда ты знаешь?
– Я не знаю! – закрывая уши, прокричал Крис. – Не знаю. Господи, я не знаю!
Джордан потянулся через ограждение свидетельского места, осторожно отвел руки Криса от лица и прижал их к деревянному ограждению:
– Ты не знаешь наверняка, Крис, что убил Эмили, так ведь?
У Криса перехватило дыхание. Он уставился на адвоката широко открытыми глазами. «Не надо ничего объяснять, – молча заклинал Джордан. – Просто согласись, что не знаешь».
Он чувствовал себя подавленным и разбитым, его как будто вывернули наизнанку, но впервые за много месяцев он успокоился.
– Нет, – принимая дар, прошептал Крис. – Не знаю.
За всю жизнь Барри Дилейни никогда не выступала на подобном процессе. Джордан вполне эффективно сделал за нее работу, но в конце, когда обвиняемый был близок к нервному срыву, он отказался от признания. Но прежде он все-таки сделал это признание. А Барри была не из тех, кто легко сдается.
– Вечером седьмого ноября произошло многое, не так ли?
Крис взглянул на прокурора и робко кивнул:
– Да.
– В самом конце, – сказала Барри, – держала ли ваша рука револьвер?
– Да.
– Было ли оружие прижато к голове Эмили?
– Да.
– Находился ли ваш палец на спусковом крючке?
Крис глубоко вдохнул:
– Да.
– Был ли сделан выстрел?
– Да.
– Мистер Харт, – продолжала Барри, – оставалась ли ваша рука на оружии и на спусковом крючке, когда был сделан выстрел?
– Да, – прошептал Крис.
– Вы считаете, что убили Эмили Голд?
Крис закусил губу.
– Не знаю, – ответил он.
– Повторный допрос, Ваша честь. – Джордан вновь подошел к свидетельскому месту. – Крис, ты поехал к карусели, собираясь убить Эмили?
– Господи, нет!
– Ты поехал туда в тот вечер, планируя убить ее?
– Нет! – Он решительно затряс головой. – Нет!
– Даже в тот момент, когда ты приставил револьвер к голове Эмили, Крис, ты хотел ее убить?
– Нет, – хрипло ответил Крис. – Нет.
Джордан отвернулся от Криса, обратив взгляд на Барри Дилейни и механически повторяя ее вопросы, прозвучавшие в перекрестном допросе.
– Поздним вечером седьмого ноября, Крис, лежала ли твоя рука на пушке?
– Да.
– Было ли это оружие приставлено к голове Эмили?
– Да.
– Находился ли твой палец на спусковом крючке?
– Да.
– Был ли сделан выстрел?
– Да.
– Находилась ли рука Эмили на пушке вместе с твоей?
– Угу, – промычал Крис.
– Говорила ли она: «Давай, Крис, давай»?
– Да.
Джордан пересек зал, подойдя к скамье присяжных:
– Можешь ли ты сказать, Крис, – без сомнения, – что только твои действия и побуждения, твои мышцы были причиной того, что был сделан выстрел?
– Нет, – с сияющими глазами ответил Крис. – Пожалуй, нет.
К всеобщему удивлению, судья Пакетт настоял на подведении итогов после ланча. Когда судебные приставы подошли к Крису, чтобы отвести его вниз, в камеру шерифа, он потянулся к рукаву Джордана.
– Джордан… – начал он.
Адвокат в это время собирал листки, карандаши и документы, разбросанные по столу. Он даже не удосужился поднять голову.
– Не говори со мной, – бросил он, не оглядываясь назад.
Барри Дилейни лакомилась мороженым «Хаген дас». Шоколад внутри, шоколад снаружи. Сплошное удовольствие.
Для помощника генерального прокурора штата единственный способ сделать себе имя – это чтобы повезло быть следующим в списке для участия в громком судебном деле, если такое появится. В этом Барри действительно повезло. В округе Графтон убийства случались редко, о драматичных признаниях в зале суда и не слыхивали. Весь штат будет еще долго судачить об этом деле. Не исключено, что у Барри возьмут даже интервью для новостного канала.
Она аккуратно слизнула мороженое с края, понимая, что ей совершенно ни к чему пятно на костюме, ведь предстоит еще произнести заключительное слово. Но, как она полагала, достаточно будет встать после речи Джордана и просто прочитать алфавит, так как Криса Харта все равно обвинят в убийстве. Несмотря на последние отчаянные попытки Джордана, присяжные понимали, что их вводят в заблуждение. Вся эта чушь насчет попытки двойного самоубийства, представленной защитой в качестве стратегии, вероятно, сильно повлияет на эти двенадцать умов, когда они удалятся на совещание.
