Ножи заперты в прозрачных шкафчиках, и меня переполняет желание разбить стекло. Хочется потрогать каждый из них, ощутить в ладони рукоятку клинка, словно чертов наркоман, жаждущий очередной дозы. С тех пор как я повзрослел, ни дня не провел без оружия. В кампусе пришлось от этой привычки отказаться, и я все еще чувствую себя уязвимым. Успокаивает лишь мысль, что могу убить – и уже убивал – голыми руками.
В класс входит мистер Смит. Готов поспорить на все ножи в шкафчиках – это не настоящая его фамилия. Чувак – чистокровный итальянец. Смуглая кожа, темно-карие глаза, две верхние пуговицы рубашки расстегнуты, и из-под нее выглядывает золотая цепочка. Слаксы обтягивают мускулистые бедра, а обувь – фирменные кожаные кроссовки от «Берлути». Чем-то этот парень отличается от обычных преподавателей в колледже. У меня срабатывает внутренний радар, а почему – и сам не знаю.
– Прекращаем разговоры, – приказывает Смит, располагается за столом и достает лист бумаги.
Мы тоже рассаживаемся и смотрим на преподавателя. Даже странно – в аудитории ни одной девушки. Не мелькают короткие клетчатые юбочки и обтягивающие белые блузки. Джованни склоняется к моему уху, однако я отмахиваюсь.
Готов быть самым примерным студентом, если в награду получу право коснуться оружия.
Смит выкликает фамилии, и каждый из нас привстает за партой.
– Коста, – вызывает он.
– Здесь, – в один голос отвечаем мы с кузеном, и Смит отрывает взгляд от списка.
– Хм, вас теперь двое? – Он пристально смотрит мне в глаза и вновь переключается на список. – Марчелло… – Остальные имена он произносил совсем другим тоном.
– Это мой брат. Он прибыл позже других, – объясняет Джованни.
Сдерживаюсь, чтобы не дать ему подзатыльник. Какого черта он говорит за главу семьи?
Смит опять поднимает голову, однако на этот раз смотрит как бы за мое плечо – вроде на меня, а на самом деле избегает встретиться со мной глазами.
– Приятно видеть вас на занятии, – наконец улыбается он.
– Спасибо, – отвечаю я, и мой сторожок снова срабатывает.
Стоит ли беспокоиться насчет этого человека?
Смит идет дальше по списку. Закончив перекличку, откладывает его и опирается сжатыми в замок руками на колени.
– Здесь у нас класс по освоению навыков владения оружием. Вы научитесь себя защищать, поймете, как убить противника, однако каждому следует помнить правила академии «Сикуро»: любое насилие против другого студента и преподавателя строго воспрещено. Мы будем заниматься учебными боями, но студент, намеренно нанесший травму или рану сокурснику, будет отлучен от моих занятий на целый семестр.
Все кивают. У меня зудят руки – скорее бы получить клиночек.
Смит достает из кармана связку ключей и проходит к шкафчику с короткими ножами.
– В течение семестра мы будем постепенно продвигаться от небольших размеров и калибров ко все более серьезным экспонатам. Чем скорее вы завоюете мое доверие, тем больше времени мы будем уделять практике. Хотя… возможно, кто-то из вас однажды придет по мою душу.
Он окидывает класс быстрым взглядом и подмигивает.
Все разражаются смехом, а Джованни многозначительно смотрит на меня и поднимает бровь. Неужели Смит подтверждает мое неясное подозрение? Я ведь почувствовал в нем страх: если он итальянец, то наверняка наслышан о моем искусстве работы с холодным оружием.
– Теперь выбирайте себе партнера. Один из пары подходит ко мне и получает нож. Не забывайте, все клинки пронумерованы, и если я недосчитаюсь любого из них, буду знать, кто его забрал.
Сколько предупреждений… Я закатываю глаза, затем киваю Джованни, и тот, поднявшись из-за стола, идет к преподавателю.
– Как только один из вас получит нож, оба идут на маты в задней части класса, – объявляет Смит.
Наконец все оказываются на тренировочной площадке. Смит подходит к нам и останавливается со скрещенными на груди руками.
– Итак, парни, давайте посмотрим, что мы имеем. Помните, нам предстоят обычные спарринги, однако я хочу видеть, на какой стадии мастерства вы находитесь сейчас, и попытаюсь оценить ваш прогресс к концу занятия. Сначала с ножом будет один из партнеров, во второй части урока он переходит к другому. Все готовы? Начали!
В первом спарринге Джованни вооружен, я безоружен. С детства я сражался с ним столько раз, что без проблем могу предсказать любое его движение за десять секунд до того, как он его совершит. Не поймите меня неправильно: такого человека, как мой кузен, стоит опасаться, особенно в перестрелке. С Джованни лучше сражаться на одной стороне, потому что заработать себе врага, бесстрашно идущего в бой и без раздумий стреляющего на поражение, – настоящее самоубийство. А вот рукопашные схватки и бой на ножах – не его конек. Наверное, кузен махнул рукой на эти виды боевого искусства, потому что я еще в детстве преуспевал в них лучше, вот он и сдался, вместо того чтобы пытаться совершенствовать мастерство.
– Задача безоружного участника – попытаться отобрать нож у противника. Использовать любые приемы из своего арсенала, чтобы завладеть оружием.
– Твою мать! – вскрикивает кто-то за моей спиной.
