– Пообещал ему Мирабеллу, как только уберем тебя. Этого оказалось достаточно. Лоренцо прекрасно пригодился – во‐первых, лишил девственности твою маленькую принцессу, во‐вторых – мне требовалось, чтобы бомбу собрал кто-то не из нашей семьи. Отдаю тебе должное, малышка, – бомба получилась отличная.
Мирабелла тихо стонет.
– Он любил твою невесту, а тебя ненавидел не меньше моего, – продолжает Джоуи. – Вариант был беспроигрышный, вот только Лоренцо оказался слишком нервным и машину подорвал рановато.
– Все сказал? – спрашиваю я, продолжая в него целиться.
– Ты не убьешь родного дядю! Ты родился в нашем мире и знаешь правила! У
– Чушь! Ты не хуже меня понимаешь: он тебя ненавидит.
Я стреляю, утомившись слушать его бредни.
Тело Джоуи отбрасывает назад, из груди хлещет кровь. Он ничком обрушивается на пол.
Я опускаюсь на колени, кладу пистолет рядом и быстро развязываю руки Мирабелле.
– Какого черта ты его дразнила? Тебе просто повезло, что он не выстрелил!
– Пыталась заговорить ему зубы до твоего прихода. Он полностью рассказал мне весь свой план.
Распутав веревку, она бросается мне на грудь, и я, теряя равновесие, падаю на спину.
– Ты все-таки пришел…
Мирабелла восторженно смотрит мне в глаза.
– Можешь не благодарить, – сухо отвечаю я.
В воздухе повисает напряжение. Нам еще многое предстоит сказать друг другу.
– Прости, Марчелло… Клянусь, я ни за что бы не… Ни за что…
Прикладываю палец к ее губам.
– Нам нужно разобраться с чертовой кучей дерьма, но мы разберемся.
Безумие какое-то, просто неслыханная история! Однако что делать – Мирабелла прочно вошла в мою жизнь. Она – сильная женщина, а именно такую я и хочу иметь рядом.
– Правда? – шепчет она со слезами на глазах.
– Мы никому не расскажем, какую роль ты сыграла. Всю вину возложим на дядю и Лоренцо.
Мирабелла прижимается губами к моему рту, но я стараюсь не слишком отвлекаться от обстановки, хотя это ой как непросто.
Наконец мы отстраняемся друг от друга, и я спрашиваю:
– С тобой все нормально? Он тебя не тронул?
– Бил, а так больше ничего, – качает она головой.
Скриплю зубами, едва не стирая эмаль, откидываю назад ее длинные волосы и смотрю в прекрасные глаза.
– Боже, как здорово вновь держать тебя в объятиях… Всю дорогу дергался – вдруг опоздал? Давай соберем оружие и проверим, точно ли он отдал концы.
– Мне от вас обоих блевать хочется!
Мы одновременно оборачиваемся. На нас смотрит ствол пистолета.
Джоуи лежит в луже крови, держа нас на мушке.
Какие же мы идиоты… Решили, что все кончилось, а у него, оказывается, имелся второй ствол. Ясное ведь дело, наивно было думать иначе.
Я медленно скатываюсь с Марчелло и бросаю на него вопросительный взгляд –
– Никто из вас понятия не имеет, что значит управлять семьей, – едко говорит Джоуи.
Господи, он еще умудряется язвить, несмотря на такую потерю крови… Странно, что вообще в сознании, к тому же говорит связно.
Марчелло неловко садится.
– Все кончено, дядя. Опусти оружие.
Тот лишь покачивает рукой с пистолетом.
– Не приказывай мне, что делать, малыш. Ну-ка подними лапы! Все будет кончено, когда я скажу.
Мы послушно поднимаем руки, и я стреляю вокруг глазами, пытаясь найти выход из положения. Пушка, которую Марчелло выбил у Джоуи, валяется у меня за спиной. Пока я перекачусь на бок, пока дотянусь – он успеет застрелить одного из нас, а то и обоих.
Единственный шанс – попробовать его заболтать. Кровь-то у него не останавливается, и рано или поздно он отключится. Только придется вести себя осторожно: скажешь что-нибудь не то, и этот гад пальнет.
– Джоуи, кто сказал, что ваш племянник так уж рвется быть главой семьи?
Марчелло косится на меня, явно недоумевая: какого черта я несу, к чему веду?
– Он знает, что я не желаю быть узницей в роскошном доме, а куда деваться, если ты жена крестного отца? Вы ведь сами говорили – он меня любит и хочет, чтобы я была счастлива. Вдруг он намерен сойти с дистанции?
Марчелло издает невнятный звук – ага, понял мой план и даже подхватывает, когда я замолкаю:
– Мирабелла говорит правду. Образ жизни, который ведет моя мать, сделает ее несчастной. Что, если я действительно готов отойти в сторону и уехать подальше? Мы будем жить своей жизнью и ни о ком не думать…
– Считаете меня глупцом? – сдвигает брови Джоуи. – Надо быть полным кретином, чтобы отказаться от такого положения. Не держи дядю за дурака.
– Я и в самом деле люблю Мирабеллу и уступлю тебе, если отпустишь нас живыми. Она того стоит.
Джоуи замолкает. Обдумывает решение? Увы, он качает головой, и мои надежды рушатся.
– Ты лжешь. Ни один мужчина, обладающий подобной властью, не поступится ею ради какой-то шлюхи. Ни одна из сучек этого не заслуживает.
Марчелло сжимает челюсти – явно сдерживается, чтобы не сказать ему пару ласковых.
