— "Ну что, слышал, праздник у вас вышел — аж вампиры обзавидовались. А как там наше солнышко, ты, Алисочка, не укусила никого случайно?"
Она рассмеялась — впервые за весь вечер искренне, легко.
— "Пока нет, Лёнь. Но кто знает, кто попадётся под руку, если кто-то сунется к детям."
— "Вот и молодец," — буркнул он, но потом добавил мягче:
— "Горжусь тобой. И передай детям — дед шлёт поцелуи и мечи. Деревянные, на вырост."
И в этом было всё: тревога, любовь, семья и свет — тот, за который стоило сражаться.
Солнечные лучи играли на полированной поверхности стола, освещая стопки документов с грифом "Конфиденциально". Алиса внимательно изучала договор о международном экспорте, заметив хитро спрятанную лазейку в пункте 4.3. Здесь юриспруденция была другим видом боя — без крови, но с не меньшими ставками.
Дверь бесшумно открылась. Рафаэль вошёл с двумя дымящимися чашками кофе, его тень лёгкой вуалью скользнула по полу.
— Ты снова победила режим всего офиса, — произнёс он, ставия чашку перед ней. — Скоро администраторы начнут кланяться тебе у входа.
Алиса приподняла уголок губ, принимая чашку:
— Пока это не переросло в культ личности — я готова терпеть твои кофейные подношения. Хотя иск за нарушение трудового кодекса я уже начала готовить.
Рафаэль усмехнулся, откинувшись в кресле:
— Пусть это будет самый ароматный судебный процесс в моей практике.
В перерыве между анализом офшорных схем и консультацией для новобранца-вампира Алиса успела разобрать три срочных контракта. Молодой вампир смотрел на неё с благоговением, запоминая каждое слово.
Аннабель появилась как всегда неожиданно, облокотившись на дверной косяк:
— Наша звёздный юрист и вампирский тьютор в одном флаконе. Как ты умудряешься не распадаться на молекулы?
Алиса щёлкнула кнопкой степлера, скрепляя документы:
— График железный. Утро — бумаги. День — переговоры. Вечер — уроки выживания. Ночь — обязательная программа по обнимашкам и сказкам на ночь.
Аннабель закатила глаза, но уголки губ дрогнули:
— Ты забыла про романтическую составляющую. Хотя... — бросила она взгляд на дверь кабинета Рафаэля, — кажется, кто-то уже занялся этим вопросом.
Алиса фыркнула, но предательский румянец выдал её с головой.
Подземный тренировочный зал дышал холодом и потом. Алиса отрабатывала удары в чёрной эластичной форме, её движения — чёткие, как параграфы в контракте. Аннабель крутила в руках деревянный клинок, пританцовывая вокруг неё:
— Ну что, мама-юрист, покажи, на что способна женщина, которая заключила договор с собственной смелостью?
После серии молниеносных атак Аннабель неожиданно остановила спарринг, её лицо стало серьёзным:
— Слухи подтвердились. Один из людей Россо вышел на связь. Рафаэль договорился о встрече. Ты идёшь с нами. Ему нужно увидеть тебя лично.
Дёма крепко сжимал мамину руку, его глаза были серьёзными, как у взрослого:
— Мама, а если плохиши придут нас забрать... ты их прогонишь?
Алиса прижала сына к себе, целуя его мягкие волосы:
— У тебя есть самые крутые телохранители на свете. И они ни за что не отдадут вас плохим людям.
На балконе её ждал Рафаэль. Его силуэт вырисовывался на фоне ночного неба, как тень древнего замка.
— Он назначил встречу. Завтра. Лично.
Алиса кивнула, её глаза не отражали страха, только твёрдую решимость:
— Пришло время напомнить им, кто я такая.
Рафаэль внимательно изучил её лицо, ища хоть каплю сомнения. Не нашёл.
— Ты готова к этому?
Алиса посмотрела на звёзды, как будто искала среди них своё прежнее «я»:
— Я — не та девушка, которую они знали. И завтра они это узнают. Но сначала, ещё одна тренировка. Мне нужно только переодеться.
Подземный зал дышал приглушённым светом, отбрасывая зыбкие тени на стены, покрытые следами от ударов. Аннабель разминалась у зеркальной стены, её отражение искажалось в неровной поверхности. Рафаэль стоял в дверном проёме, замерший как статуя, с таймером в руке.
Алиса вошла бесшумно, затягивая перчатки. Её форма облегала тело, как вторая кожа, а высокий хвост подчёркивал резкие черты лица. В глазах — холодный расчёт и тлеющая ярость.
— Спарринг на выносливость, — голос Рафаэля разрезал тишину. — Без остановок. Победа — по истощению.
— Это что, месть за мой мат в шахматы? — бросила Алиса, поправляя налокотники.
Аннабель хмыкнула, крутя в руках деревянный нож:
— Нет, просто я очень хочу положить юриста на лопатки и забрать её запас шоколада. Он у тебя в нижнем ящике, да?
Они сошлись в центре. Алиса двигалась как вода — плавно, но с готовностью в любой момент превратиться в лёд. Аннабель атаковала первой, её удары были быстрыми, как укусы змеи, но Алиса парировала их с неожиданной грацией.
Внезапно — рывок, захват, и Аннабель летит на маты с глухим стоном.
— Ого, — Рафаэль приподнял бровь. — Кто-то начал драться как хищник, а не как добыча.
Аннабель, поднимаясь, протёрла подбородок:
— Ты что, тренируешься по ночам с детьми? Они у тебя тоже, кажется, кусачие.