"Слишком...", — пробормотала она, чувствуя, как капли пота выступают между лопатками.
Аннабель, развалившаяся на подоконнике с бокалом гранатового сока, изучала её критическим взглядом знатока. Её алые ногти постукивали по хрусталю в такт старинным часам на камине.
— Вот это, — она вдруг указала на бархатное бордовое платье с хищным вырезом, — твой цвет. В нём ты выглядишь прелестно.
Алиса повертелась перед зеркалом, оценивая:
— Ты уверена? Мне кажется, это слишком... театрально. Я ведь иду не на светский раут, а на поле боя.
Аннабель соскользнула с подоконника и подошла ближе, ловко поправляя складки на плечах:
— Хочу напомнить, что поле боя именно среди светского раута, так что не бубни и собирайся быстрее. Иногда самый грозный меч носят в позолоченных ножнах. Пусть увидят не жертву, а королеву охоты.
За окном запели птицы, но Алиса уже не слышала их — её мысли были далеко, в том зале, где ей предстояло встретиться с прошлым.
Чёрный лимузин плавно скользил по мокрому после дождя асфальту. Алиса сидела рядом с Рафаэлем, её пальцы нервно барабанили по бархатной обивке сиденья. В зеркале заднего вида отражалось лицо Нины — обычно такое мягкое и доброе, теперь оно напоминало стальную маску. На ней был строгий тёмный костюм, а в складках пиджака угадывался контур оружия.
— Я должна тебе кое-что сказать, — Алиса повернулась к Рафаэлю, замечая, как его пальцы слегка сжали руль.
Он бросил на неё быстрый взгляд:
— Обычно после такого следует что-то типа “Я беременна от тебя”, но не уверен, что мы на том этапе отношений.
В салоне на секунду повисла тишина, затем Алиса фыркнула:
— Нет. Хотя после сегодняшнего вечера всё может изениться, кто знает... Но сейчас не об этом. — Она глубоко вдохнула. — Нина. Она не просто няня. Россо готовил её как оружие. Как тень, которая должна была наблюдать за мной.
Рафаэль не ответил сразу. Его глаза встретились с Ниной в зеркале — там, в глубине чёрных зрачков, промелькнуло что-то похожее на уважение.
— Значит, ты снова собрала вокруг себя преданных людей, — наконец произнёс он. — Даже твои тени выбирают свет.
За окном мелькали огни города, но Алиса уже не видела их — её мысли были с детьми, с домом, с тем, что её ждёт впереди.
Зал сиял. Тысячи хрустальных подвесок дрожали в свете люстр, рассыпая по стенам танцующие блики. Воздух был густ от аромата белых роз, шампанского и чего-то ещё — едва уловимого, металлического. Крови? Или просто страха?
Когда Алиса вошла под руку с Рафаэлем, шелест шёлка её платья потонул в наступившей на мгновение тишине. Она чувствовала на себе сотни взглядов — любопытных, оценивающих, враждебных.
И вдруг — будто ледяной ветер пронёсся по залу. Он появился без предупреждения, как всегда. Марко Россо. На этот раз тёмно-красный костюм сидел безупречно. Они были похожи на пару. Совсем как раньше, подбирали сочетающиеся кстюмы, но сегодня это было лишь совпадением. Шуткой судьбы. КОторую совсем не оценил Рафаэль
— Алиса, — его голос был мягким, почти ласковым. — Ты выглядишь...прекрасно, как и всегда.
Вокруг них образовалось пустое пространство — будто остальные гости инстинктивно отпрянули от надвигающейся бури.
Россо усмехнулся, обнажив зубы:
— Дети скучают по отцу?
Рафаэль сделал шаг вперёд, но Алиса остановила его лёгким прикосновением. Её голос зазвучал чётко, ясно, как удар колокола:
— Они скучают по сказкам. А ты, Марко, давно стал их ночным кошмаром.
Тишина. Напряжение висело в воздухе, как натянутая струна.
И вдруг Россо повернулся, бросив через плечо:
— Кто же стережёт наших детей, лисичка, пока ты здесь играешь в королеву? Неужели теряешь бдительность?
Алиса сделала очень удивленное лицо и повернулась к своим друзьям, изображая отчаяние. Уроки Аннабель по актёрскому мастерству не прошли даром.
На пару секунд Россо ощутил вкус победу, но затем Алиса медленно развернулась обнажая белоснежную искреннюю улыбку.Алиса улыбнулась — медленно, холодно, как зимний рассвет:
Она сделала шаг вперёд, и её шлейф зашелестел по мрамору. — Если ты уже отправил к нам домой людей... то я надеюсь, что у них было готово завещание, потому что скорее всего они уже мертвы. Это ты теряешь бдительность, дорогой
Россо не ответил. Он растворился в толпе, но его молчание было красноречивее любых угроз.
Алиса осталась стоять с высоко поднятой головой. Рядом — Рафаэль. Вдалеке — Нина, готовая в любой момент броситься в бой. Где-то далеко — дети, дом, новая жизнь. Но война только начиналась.
Гостиная была залита мягким светом. На полу — игрушки, книги, пледы. За стеклом большого окна — абсолютная тишина и темнота. Дина мирно посапывала в кресле, обняв плюшевого пса. Дёма что-то чертил карандашом, прищурившись.
На кухне, у окна, Лёня наливал себе кофе, прислушиваясь к каждому шороху.
— "Ровно. Пока всё ровно." — бросил он, подходя к дивану, на котором сидела Марина, мать Алисы.