Я лёг на пол, отвоёвывая у куба как можно большее пространство. Стенки начали сдвигаться. Прикрыв глаза, я постарался отрешиться от ужаса происходящего. А когда у своей головы и у ног почувствовал застывшие в неподвижности грани, взглянув на начавший движение вниз потолок, я поспешил сесть и сжал свой амулет, мысленно потянувшись к Ремтону.
На какой-то миг вера в спасение покинула меня. Неимоверным усилием воли я не позволил своему разуму окунуться в безумие. А потом, волна разрывающей мировую ткань силы накрыла меня и мощным рывком вытянула из этого недоброго для магов мира.
Ремтон.
Я прибыл в столицу вместе с Лоттарией и её магом. Кольцо на моём пальце позволяло мне не опасаться быть замеченным и узнанным.
Лейтон оставил меня в зале, где предстояло свершиться казни. После того, как помещение стало заполняться магами, я смешался с ними, старательно подавляя свои мысли и эмоции. Что стало невообразимо сложно, когда палач привёл Майя.
Учитель был бледен. Он не пытался прятать свой страх. И пусть я знал, что делает он это в угоду императору, побуждая того, как можно на дольше затянуть процесс, но застывший на гордом лице ужас был настоящим.
Палач, манипулируя кубом, породил довольно ощутимую волну силы. Да и умирающий маг обычно становился мощным источником выброса магической энергии. И потому, я почти не рисковал, рванув ткань миров, едва император принялся опускать на Майлина крышку куба.
Шаг в базовый, ближайший к нам мир, шаг назад, ориентируясь на амулет Мая.
Что-то они всё же почувствовали. Потому, как движение плиты куба резко ускорилось, но в последний момент до её встречи с нашими головами, я успел вытащить учителя, уводя его за собой в тот же базовый мир. Следующий шаг — к нам в интернат.
Чтобы увести за собой Майлина и Лоттарию в ставший спасительным для меня мир, нужно было срочно восполнить потраченную силу. Прижав к себе, ожидающую нас принцессу, я не церемонясь впился ей в губы. Отчего-то, именно сокрытая в женщинах энергия лучше всего восстанавливала от магического истощения. Лоттария растерялась, а потому не сразу оттолкнула меня. Нот теперь я чувствовал себя способным совершить задуманное.
Требовалось тщательно запутать следы. И я, прыжок за прыжком, из мира в мир, всё дальше уводил нас от проклятой Богами империи.
Увлёкшись, даже немного перестарался. Ориентируясь на маячок, оставленный в сельском доме Катерины, последний шаг я сделал находясь на пределе своих возможностей.
Погружаясь в пелену надвигающегося небытия, я услышал испуганный женский возглас. И, кажется, этот голос был мне хорошо знаком.
Часть 3. Катерина.
Катерина
О том, что Ремтон исчез, я узнала от Бехтерева. Денис позвонил мне, чтобы узнать, куда подевался мой приятель, который вчера не вышел на смену.
На моё удивлённое: «С чего бы мне об этом знать, мы уже три месяца, как расстались?». Денис, ответил: «Ну, мало ли». И отключил свой телефон.
А я заволновалась. И, организовав себе выходной, помчалась в деревню.
Доставшийся мне от бабки дом, который стараниями Ремтона приобрёл вполне жилой вид, стоял с закрытыми ставнями и запертой на замок дверью.
Ключ у меня был. Не сомневаясь, этично ли вламываться в чужое жилище, я прошлась по дому. Оставили его в спешке. Постель была не застелена. На кухонном столе стояла чашка с прокисшим молоком и лежала засохшая краюшка хлеба. Чемодан, одежда, бельё, зимние ботинки- всё это добро нашлось в шкафу. Так что уходил Рем налегке. И даже деньги с собой не взял. Три с копейками тысяч рублей лежали в старой бабушкиной деревянной шкатулке.
От волнения сжалось сердце, заныло в висках. Я подумала, что как бы Ремтон ни скрывался, прошлое нашло, настигло его.
Утешением мне стало лишь то, что следов борьбы или насилия заметно не было. Но и на продуманное бегство тоже не похоже. Что же случилось? Где ты есть, Рем?
Чтобы справиться с нарастающей тревогой, я решила хоть чем-то занять руки и принялась за уборку. К вечеру дом сиял чистотой, а я так устала, что решила не возвращаться в город. Завтра суббота, с утра прогуляюсь по лесу, свежий воздух моему малышу пойдёт на пользу, да и двигаться мне нужно как можно больше.
Заварив себе чай, я уселась у окна. И тут же мысли о Ремтоне навалились на меня с новой силой.
Этот мужчина ворвался в мою жизнь и основательно изменил её. И я совсем не винила его в этом. Болото, оно и есть болото. Даже если и сидишь в нём на уютной сухой кочке, и с пропитанием проблем не имеется.
Ремтон помог мне увидеть и полюбить в себе женщину. Моё тело расцвело, согретое его близостью. Он наполнил мою жизнь новым смыслом. Я теперь отчаянно хотела любви. Я чувствовала себя достойной её, верила, что она у меня будет.
