Инирия ждать не стала и, воспользовавшись небольшим затишьем, вскочила и рванулась к воде под нависающие густым, непроницаемым пологом ветви двух ив. Она преодолела расстояние в десять тонло до сулящего безопасность укрытия так быстро, что не успела заметить, как одна из стрел вонзилась в землю на том самом месте, где она только что лежала, а другая вспорола воздух, едва не угодив ей в ногу. Однако девушка успела укрыться и теперь высматривала нападающих, скрываясь за плотным покрывалом переплетённых ветвей.
Мужская половина отряда не пошевелилась. К счастью, их плащи, сливаясь с камнями, надёжно скрывали их от стрелков. Глядя в просвет между водой и ветвями ивы, они прекрасно видели, где засела Инирия. Кейнэйка приподняла руку и жестом приказала им не высовываться. Сама же, не опуская глаз, продолжила наблюдение за кустами вдали, где, как она предполагала, и затаились санхи. Она подождала немного и поползла в сторону, к рыжему камню у самой воды — в этом месте ветвяной полог был гуще. Достигнув нужного места, она воткнула несколько стрел в землю перед собой и вскинула лук, в ожидании глядя на кусты на том берегу.
Инирия напрягала зрение в попытках рассмотреть вражеских стрелков. Дышала девушка ровно, но напряжённое лицо её покрылось испариной, глаза искали то место, где укрылись нападавшие. Стрела застыла на натянутой до отказа тетиве, в любой миг готовая устремиться в цель. Прошла минута — ничего не происходило. Рука начала уставать. Инирия ослабила тетиву и подала им знак.
Друзья ползли в сторону озерца медленно, не отрывая взглядов от девушки, готовые в любую секунду замереть по её сигналу, вжаться в землю или же наоборот вскочить и бежать. В конце концов, Нёт не выдержал. Бросив через плечо: «Ходу!» — он вскочил и в несколько кошачьих прыжков покрыл половину расстояния, отделявшего его от места, где укрылась Инирия.
Чвак! — стрела. Чвак! — ещё одна.
Спасительно хрустнула галька под сапогами, хлестнули по лицу ивовые ветви.
Коротко прозвенела отпущенная тетива, и ответная стрела Инирии устремилась к цели. Выверенным движением девушка выдернула из земли вторую стрелу, прицелилась, снова выстрелила. И ещё. Мимо, нет? Кто знает. Ни криков, ни стонов.
— Сюда эта тварь вряд ли сунется. Но и нам тут не удержаться! — быстро заговорила Инирия. — Стрелков четверо. Может, больше. Долго выжидать они не станут — скоро здесь будут, и если от стрел нас укрывают ветки и камни, то от клинков их нам точно не спастись!
— Что делать-то будем? — прохрипел Тэйд, пытаясь вытащить сломанную ветку, наряду с веригами тиранившую его левый бок. Как же она мешала ему. Он извернулся, чтобы посмотреть, что же эта за ветка такая, и как-то неосознанно отметил, что в его куртке из-под руки торчит стрела. Поначалу он подумал, что ему сильно повезло, что она задела куртку и не достала его, но резкая боль, обжигающая бок, и выползающее из-за отворота пятно убедили Тэйда в обратном. — Ух ты, — выдохнул он, по-прежнему не веря своим глазам. — Меня подстрелили.
— Что? — побелел лицом Саима.
— Нёт, возьми лук, — приказала Инирия. — За кустами следи. Где? Покажи.
Он встал на колени, скинул плащ.
Девушка осторожно двинула по древку край куртки, приподнимая его.
— Тут придержи.
— Ага.
Чвак!
Пожухлая травка заколыхалась от ветра, ива зашуршала ржавыми листьями над их головами.
Нира достала из-за голенища нож, распорола рубаху. Осмотрела рану и торчащую в боку стрелу.
— Везунчик ты, Тэйд, — провела пальцами по полосе синих точек — следам от вериг. — Толстокожий.
— Что там? — спросил Нёт.
Чвак! Чвак!
— Голову убери. Ничего страшного. Жить будешь. Нёт, обломишь стрелу? Я, боюсь, не смогу так, как ты.
Дауларец вернул ей лук.
— Сейчас сделаем. Повернись, — приказал он, и тут же, не дав Тэйду ни секунды на подготовку, в два резких движения обломил стрелу там, где оперение, и выдернул, но уже с другой стороны.
Тэйд ни ойкнуть не успел, ни испугаться.
— Это из-за железяк моих, — криво ухмыльнулся он, высвобождая из куртки левую руку. — Боли совсем не чувствую, — он вытер кровь на ладони о штанину и скривился от настигшего его нарастающего болевого послевкусия. — Не-е… не сильно меня там? — проскрипел.
— Чепуха, — успокоил его Саима. — Шкурку малость покарябали. Переживёшь, думаю. Кровь почти не идёт, но всё равно ладонью прижми.
На спине не лежи, — посоветовала Инирия, — на тот бок перевались.
— Ага.
— Кучно кладут, — слегка раздвинула ивовые ветви кейнэйка.
Чвак! Чвак!
Она вскинула лук.
«Дзинь» — лопнула срезанная стрелой тетива.
Еще одна стрела, дрожа, вонзилась в грязь у ноги Саимы. На ладонь вбок, и она прошила бы лодыжку онталара.
— Кноах моис[28]! — проорала девушка на кринти и добавила ещё кое-что непотребное, судя по экспрессии и интонации.
— Хорошие стрелы, — оценил Тэйд, выдёргивая одну из трухляшки, что валялась у его ноги.
Нёт кинулся на Инирию и повалил на землю, подмяв под себя.
— Дура! — прорычал он ей в лицо.
— Что делать будем, скажи. И слезь с меня.
