В банке проверили мою карточку ходока и впустили. Уже через десять минут я оказался в кабинете напротив Ратибора Володина. Он ткнул кнопку артефакта, выглядящего как черный матовый камень, на столе, и нас накрыло пологом с заклинанием, не пропускающим звуки и картинку наружу. Крепким, кстати, заклинанием. Уровня Мастера.
— Как прошёл первый штурм? — поинтересовался я.
Скорее всего, даже несмотря на потери, именно Володин отвечал за военную составляющую обороны.
— Пойдёт. Если ты не против, то я сразу перейду к делу.
— Конечно.
— Мы едва ли сталкивались с подобными монстрами… — задумчиво проговорил Володин. — Ментальные атаки, звуковые волны, общая скоординированность… Одним словом — Сирины. Но ты всё это уже знал, верно?
— Не совсем, — сблефовал я. — Я всего лишь нашёл образец особи.
Допустим, было ощущение, что Володин мне не поверил. Это было и не важно. Я собирался поторговаться и получить то, что нужно. Вопрос был в цене.
— Хорошо. Ты знаешь, как можно победить сирина?
— Сирина можно убить так же, как любого другого монстра.
Я откинулся на спинку стула.
Ратибор дернул уголком губ.
— Я имел в виду, — сказал он, — как убить не их, а вот это.
Ратибор достал из-за пазухи небольшой кристаллик, светящийся белым светом.
— Здесь хранятся последние воспоминания лидера группы разведки. К чему я это? К тому, что единственный, кто смотрел эту запись, нацарапал лишь одно слово перед тем, как сошёл с ума: «Небытие». Понимаешь? Не смерть, страх или что-то ещё.
Я пристальнее присмотрелся к Ратибору. За последние несколько недель он состарился. И немного осунулся. Появились черные круги под глазами. Устал он. Сильно.
— Ты сможешь победить это?
Ратибор постучал по белому кристаллику.
— Я смогу сделать оружие. Оно может помочь. Стопроцентной гарантии не даю.
— Что тебе нужно? — без раздумий спросил Ратибор.
— Лаборатория. Желательно независимая и без контроля со стороны Родов или кого-то ещё. Я сделаю оружие… И кое-что по мелочи себе.
Володин даже не торговался.
— По рукам.
— Только, на твоём месте, — решил подкинуть одну мысль я, — я бы волновался не об этой твари.
Я ткнул пальцем в кристаллик.
— А о чём?
— Что бы не затеяли сирины, если падут стены, в городе начнётся резня. Здесь нет донжона. Только крепостные стены. Пусть крепкие и зачарованные.
Ратибор почесал щетинистую щеку и произнес:
— Спасибо за совет. Я учту его. Хочу вернуть тебе долг сразу. Будь осторожнее. Тобой заинтересовались.
— Тайная канцелярия? — пошутил я.
— Хуже, — покачал головой Ратибор. — Церковь. Рысев нюху доверяет. И никто ещё не вырывался из его цепких когтей.
Это уже серьезно. Мне все равно рано или поздно предстояло столкнуться с ними. Нужно срочно делать зелья и рваться на ранг выше. Подмастерьем я смогу потягаться даже с этим… Рысевым.
— Не подскажешь, бонусом, — попытал удачу я, — на кого работает Чернышов.
— Ха, да это не секрет даже. Кто платит — на того и работает.
— И тебе спасибо.
Мы расстались без пустых вопросов и разговоров. Ратибор выдал мне документ, позволяющий воспользоваться одной из лабораторий в городе. Она числилась заброшенной, но на самом деле была вполне рабочей. Нужно было лишь знать, как ее запустить и иметь немного свободного времени.
Я вышел из банка. На улице уже был вечер. Почти везде горели огни. Тёплый воздух взъерошил волосы и донёс до носа сладковатый сырой запах.
Я прошёл по знакомому маршруту в сторону Нижнего города, отслеживая источник. До тех пор, пока не услышал крик. Он звучал ровно один момент — тонкий, пронзительный, безнадёжный — и сразу затих.
Я прислушался к себе. В соседней подворотне чувствовалась энергетика трёх взрослых и одного ребёнка. И два пустых тела.
Я подкрался в тень и увидел, как трое здоровых бугаев тащат маленькую девчонку через трупы двух престарелых людей — скорее всего, её бабушку с дедушкой. В потрепанной одежде, с клетчатыми одеялами и двумя нетронутыми мешками с вещами. Беженцы, не иначе.
Похоже, что местные криминогенные элементы нашли новый способ заработать. Вернее, старый. Кто хватится тех, кому некуда идти?
Я сделал короткий рывок в переулок. Темнота была мне на руку. Бугаи не сразу заметили мое приближение. А, когда заметили, было уже поздно. В темноте заблестело лезвие сабли.
Удар — голова отделяется от тела и шлепается в лужу. Брызги попадают мне на кожу. Удар — второй бугай глухо хрипит и оседает в грязь.
Третий отпускает ребенка и бросается наутек. Я использую Морок и прикрепляю к нему кусочек своей энергии. Теперь его можно было отследить.
Передо мной сидит девчушка лет семи. Белобрысая, с широкими серыми глазами, полными слез. Но не плачет. Держится.
Я подхватил ее на руки. Заодно взял два мешка и повесил их себе на плечо.
Так и зашел в избу. С ребенком на руках и двумя мешками на плече. Тут же поймал на себе непонимающие взгляды десятка глаз.
Ну и что мне с ней делать? Отдавать Церкви Солнца не вариант. Оставлять тоже. Рановато мне папкой быть. Не пожил еще толком в этой жизни.
В избе повисла гробовая тишина.
— На тебя похожа, — серьезно заявил Аскольд.
