Рю был застигнут врасплох. Он ожидал гнева, злобы, чего-то темного. Но вместо этого ощутил спокойную волну силы и целеустремленности. Даже чести. Весь гнев, с которым Рю вошел в это здание, испарился. Он сменил стойку на менее агрессивную и кивнул.
– Ты способный ученик. У тебя было не так много времени, но даже я не был уверен, что ты здесь, пока ты не переступил порог.
Рю не знал, что делать. Орочи похвалил его способности к учебе. Это было последнее, что он ожидал услышать, встретившись с ним.
– Говорил ли Шигеру о техниках, которыми он так и не овладел?
Рю был потрясен. Упоминание имени мастера едва не заставило его выхватить меч, но он сдержался. Любопытство пересилило гнев – пусть и чуть-чуть.
– Немного.
– Как ты их освоил?
– Никак.
Рю понял, что глупо было затевать этот разговор – как и признавать, что есть навыки, которыми он не владеет. Это было похоже на то, как если бы они с Орочи вместе решали головоломку.
Орочи кивнул, словно Рю подтвердил то, что он давно знал.
– А я все думал, возможно ли такое. – Он похлопал себя по груди. – Под туникой у меня письмо – я написал его тебе. В нем указаны пути к острову, где мы с Шигеру росли. Его обитателям было бы интересно встретиться с тобой – если ты переживешь этот день. Остров скрыт от посторонних глаз, его трудно найти, но я надеюсь, что ты справишься. Не доверяй им, но они могут помочь тебе советом. Я подозреваю, что их цели отличаются от твоих, но они могут помочь тебе эффективнее использовать твою силу. Если я прав, у тебя гораздо больше скрытых талантов, чем у кого-либо из ныне живущих.
С этими словами Орочи встал. Видимо, не собирался вести эту беседу всю ночь. Рю напрягся и опустился в стойку. Орочи позволил себе намек на улыбку.
– Не сейчас. Я подожду здесь. Ты должен попрощаться с девушкой.
Рю был потрясен до глубины души. Перед ним был враг, которого он заставлял себя ненавидеть последние несколько лун, и он предлагал ему то, чего Рю больше всего хотел. Как и Шигеру, Орочи, казалось, мог читать его мысли.
– Шигеру рассказал тебе обо мне?
Рю кивнул, не в силах подобрать слов.
– Убить его было личным делом. Я сожалею о твоей потере, но не жалею, что убил его. Он забрал то, что я любил.
Рю обрел голос.
– Он мог бы сказать то же самое о тебе.
Орочи кивнул.
– Не знаю, был бы он в таком случае неправ. Я был молод и самоуверен, но она не заслужила того, что с ней случилось. Ей не нужно было меня спасать. В любом случае, как я уже сказал, это было личным делом. Если бы я не дал слово, то оставил бы тебя в покое. Если ты тот, кто я думаю, то это будет очень интересный поединок. Я не могу нарушить слово, данное Акире. Я заключил такую же сделку с девушкой, но я хочу, чтобы ты знал, что все будет честно. А не так, как здесь. Это, – он жестом указал в сторону двери, – мерзость. Он поступил не как воин, и тут я тебе сочувствую. Я бы и сам его прикончил.
Рю понял то, что Орочи оставил невысказанным. Он был связан понятиями чести. И Рю наконец нашел имя, которое никак не мог вспомнить. Генерал Нори. Он был отцом того подонка, которого Рю убил в лагере. Это было личным делом для всех. Именно Нори был тем сильным мечником, которого он почувствовал по пути сюда.
Рю понял, что доверяет Орочи. Он направился к нему и прошел мимо, совершенно открыто. Орочи не стал нападать и, когда Рю проходил мимо, пробормотал еще несколько слов извинений.
Юноша вошел в комнату и, увидев представшую перед ним картину, упал на колени.
Рю уже убивал. Это был ужасный опыт, но это было необходимо и оправданно. Он не мог представить, что сумел бы сделать что-то подобное, что-то настолько ненормальное.
Такако лежала на столе, запястья и лодыжки были связаны, ее почти невозможно было опознать. Логическая часть мозга Рю пыталась объяснить то, что он видел, оценить повреждения. Сломанные пальцы рук и ног. Вырванные ногти. Кожа содрана со всех чувствительных мест. Следы ожогов. Кости ее ног были сломаны, как и некоторые ребра. Она была вся в крови, и Рю заподозрил, что ее еще и изнасиловали. Она дышала, но с трудом.
Наконец до него дошло, что он опоздал. Он всегда опаздывал. Она уже была мертва, просто ее тело пока не поняло этого. Даже если ему удастся убить всех здесь и вынести ее, ее тело было не в состоянии преодолеть даже такое расстояние. Такако испустит последний вздох прежде, чем он сможет оказаться за стенами форта.
Ему следовало бы разозлиться, но у него больше не было сил. Это было невыносимо. Мир был против него, он продолжал отнимать у Рю все хорошее, что появлялось в его жизни. Его родители, Шигеру, Такако – все они умирали у него на глазах, а он лишь беспомощно наблюдал за происходящим. Вся его мощь, вся его сила была лишь шуткой, которую сыграл с ним Великий Цикл.
Слезы лились по его лицу, а тело сотрясали рыдания. Он знал, что Орочи чувствует его, и он чувствовал ту же печаль в ауре мужчины. Это успокаивало, но этого было недостаточно. Этого никогда не будет достаточно.
Он почти не услышал голос Такако за своими рыданиями.
– Почему ты плачешь?
