- На время Грых! отрезал я, погрозив ему ломиком, - я обещаю вернуться, у меня внизу слишком много незаконченных дел, чтобы оставить теперь все как есть, уж поверь мне.
Не знаю, что помогло больше, моя убеждённость или ломик в руках, но он склонился передо мной и раздавая приказы, повернулся к кобольдам. Пещера стала быстро пустеть, а я кинув ему спокойный взгляд на прощанье, шагнул вперед, туда где приветливо светило солнце.
Хоть глаза и привыкли к солнечным лучам, но когда я, раздвигая заросшие кусты и свисающие корни деревьев выглянул наружу, прямой солнечный свет все равно на время ослепил меня и прошлось промаргиваться и ждать, пока глаза прекратят слезиться.
Постоянно напоминая себе, что я нахожусь теперь на поверхности, спокойная жизнь под землей закончилась и напасть на меня могут откуда угодно, я осторожно вышел из пещеры чтобы понять, что очутился в преддверии гор, которые поросли кустарниками и редкими деревьями, а ниже и впереди меня виднелась равнина. Что привлекло еще мое внимание, так это ветвящаяся змейка пути, которая была другого цвета с равниной, и походила на хорошо освоенный караванный путь.
- «Похоже мне туда, - понял я и оглянулся вокруг, - надо бы пометить тут все, чтобы я смог найти это место потом».
Около двух часов я потратил на то, чтобы оставить не только возле пещеры, но и везде вокруг: небольшие зарубки на деревьях или кучки сложенных камней в виде указателей, все только чтобы не забыть и не потеряться потом с единственным входом в мир кобольдов. Я прекрасно понимал, что если потом не смогу найти вход, можно будет забыть о своих мечтах о металлургии и мести гномам, так что не жалея сил осматривался кругом, делая себе множественные подсказки на будущее.
Когда работа была закончена я посмотрел на солнце, которое сдвинулось на горизонте в сторону заката.
- «Надо набрать еды, а также подумать о воде, - подумал я, прикидывая путь от текущего места до дороги на равнине, по всему получалось, что идти мне очень приличное расстояние, а у меня кроме котомки с грибами, ломика и пары серебренных самородков больше с собой ничего не было». Я специально не стал брать с собой больше, поскольку мало ли кому я попадусь в руки, не хотелось бы чтобы меня начали пытать, чтобы узнать, где я взял самородки золота и серебра, а два небольших кусочка не вызовут больших подозрений, с учетом моей внешности. О да! Себя я уже видел в одной из небольших заводей, которые образовывал найденный мной ручей. Зрелище было то еще: заросшие волосы, редкая борода и зеленая одежда, прямо-таки вызывали ко мне чувство расположения. Я бы сам встретив такое чудо на своем пути, лучше бы прогнал его от греха по дальше, но вот поскольку сейчас этим самым чудом являлся я сам, то оставалось только надеяться на свое знание местных реалий, «подвешенный» язык и два самородка серебра - больше рассчитывать было не на кого, да и не на что.
Как ни странно, но ломик мне пригодился очень скоро. Как для того, чтобы метким броском убить незнакомую мне птицу, так и для того, чтобы с помощью найденного куска кремния разжечь огонь. Едва дождавшись, когда мясо, нанизанное на палочки будет готово, я с наслаждением впиться в него зубами.
- М-м-м, - я испытал все радости бытия, когда съел все до единого кусочка и блаженно раскинулся на траве.
- «Как оказывается мало нужно человеку для счастья, если у него все отнять, - думал я, от накатившей на меня сытости и неги, - кусок мяса, глоток воды - ты счастлив и доволен».
Съев последний сырой кусочек гриба, я задумчиво посмотрел в сумку. Понимая, что без них у меня будет ломка, я нажарил и запаковал грибы в пару глиняных горшков, но вот сколько они протянут я не знал. Если испортятся за пару дней, меня ждут печальные будни.
- «Блин рассуждаю сейчас, как наркоман о дозе, - поймал я себя на этих мыслях, и чтобы не возвращаться к ним, убрал за собой костер и останки пиршества, закопав все в выкопанную ямку и отправился в путь».
Караван медленно тащился по пыльной дороге, а старший охраны проклинал Гренвальда за спешку, ради которой пришлось идти без остановки и встретить вечер и ночь в степи. Дураку было понятно, что два перегона не одолеть за один, но нет же, чтобы опередить конкурентов, хозяин решил идти в ночь. Конечно сейчас степняки были смирные, но их ватаги молодежи, которые рыскали по степи в поисках поживы и славы никуда не делись, так что можно было темной ночью запросто угодить в их засаду и попасть под стрелы.
- Освальд! впереди раздался крик разведчика, - тебе надо это увидеть!
Голос принадлежал одному из разведчиков и понимая, что тот не будет возвращаться из дозора напрасно, Освальд пришпорил коня и поехал в сторону кричавшего. Надвигались сумерки, соответственно все странное и необычное обычно таило в себе неприятности, которые он за свои семь лет службы, старшим охраны каравана у купца известной гильдии, всегда старался избегать.
