– Да уж, воистину неисповедимы пути господни, – сказал я, обращаясь в никуда. – Человек, несомненно, влияет на направление дорог своей жизни. И на многочисленных перекрестках судьбы этот выбор зависит исключительно от него самого. Однако кто-то, неважно как его называть, в качестве независимого наблюдателя и беспристрастного арбитра следит за жизнью человека с момента рождения до смерти, тот, от которого невозможно скрыться, кто знает про него все, рано или поздно спросит по долгам на этом свете либо позовет для диалога к себе. Нельзя удивляться удаче мерзавца, даже если вам кажется, что успех этот тянется очень долго. Просто вы выбрали очень маленький отрезок времени, расширив горизонты которого обязательно увидите момент, когда этому человеку предъявят к оплате счет. Весь вопрос в том, удастся ли ему это сделать на этом свете и чем именно ему придется расплачиваться. Самое лучшее – не накапливать лишние долги, чтобы за оплатой не пришли в самый неподходящий момент.
Я повернулся к Галине. Она неотрывно смотрела на меня совершенно остекленевшим взглядом.
– Что с тобой? – спросил ее я.
– Ничего, слушаю тебя. Все нормально. Просто устала.
– Понимаю. А где эта ячейка находится? И что в ней?
– Я точно не знаю, – ответила женщина. – В ней, насколько я понимаю, должны быть коды и токен для входа в банк-клиент. Не имею представления, есть ли там еще что-то… Точной информации, где находится эта ячейка, нет. Дима мне рассказывал, что однажды в кабинете отца ему случайно попался на глаза какой-то годовой отчет люксембургского банка. По его словам, его отец никогда не ездил в Люксембург. Пару недель назад мы с ним это обсуждали. Есть идея, что, возможно, именно там и находится депозитарий. Однако он не вспомнил название банка, а этой бумаги больше не видел.
– Ясно, – сказал я. – Обычно помимо ключа для доступа к ячейке оформляется специальная доверенность на конкретного посетителя. Времена безымянных депозитариев давно ушли в прошлое и остались только в виде камер хранения на вокзалах. Правда, я знаю несколько мест в Европе, где клиент может оформить ячейку на свое имя, пройдя полную собственную идентификацию, предъявив паспорт и прочие документы, а затем передать карточку доступа к сейфу любому другому человеку. Одно из известных мне мест находится в Вене, другое – в Цюрихе. Однако, во-первых, это не банки, а имеющие специальные лицензии депозитарии, а во-вторых, я не слышал о подобных услугах, предоставляемых какой-то организацией в Люксембурге. Сейчас в этой стране сильно закрутили все гайки. Теперь этот насквозь порочный старый офшор, который раньше, по слухам, с огромным удовольствием обслуживал Пабло Эскобара и его Медельинский картель, решил предстать перед всеми невинной, девственной чистоты юрисдикцией. У всех нормальных людей это не вызывает ничего, кроме гомерического смеха, и очень похоже, по своей сути, на чисто вымытый белый писсуар в общественном туалете, который демонтировали со стены, водрузили на обеденный стол и предлагают использовать в качестве вазы для цветов или, того интереснее, супницы авангардного дизайна.
– Я не знаю, мой любимый банкир, – отстраненно сказала Галина, явно думая о чем-то другом.
– Можно предположить, что данная ячейка была открыта в каком-то банке давно и на длительный срок, к примеру, на десять лет, и полностью оплачена, – продолжал я. – Какое-то время назад контроль со стороны надзорных органов в Люксембурге был еще не такой остервенелый, а отношение к клиентам в банках было во многом даже эксклюзивным. Как вариант, кто-то открыл там вклад на очень большую сумму. В это же время он сделал специальный договор на ячейку, по которому любой предъявитель обоих ключей, так как переданные тобой ключи совершенно одинаковые, имеет право доступа к сейфу. Такие формы договоров раньше повсеместно использовались многими банками. В итоге из-за большого уважения к такому клиенту банк в виде исключения идет на это небольшое нарушение нормативов. А на запросы регулятора отвечает, что это старый договор и он сможет привести его в соответствие с новыми требованиями сразу после истечения срока действия либо как только в банке клиент появится лично. В договоре же указано, что в момент прихода человека с ключами банк удостоверяет его личность, а договор аренды автоматически прекращается, и все содержимое ячейки должно быть этим клиентом изъято. Гипотетически это возможно. Как ты думаешь?
Галина не обращала на мои слова никакого внимания.
Не дождавшись ее реакции, я сказал:
