Я встал, подошел к столу с напитками, где рядом с многочисленными графинами с различными соками стояла большая мельхиоровая ваза с плавающими в воде со льдом бутылками с просекко, и налил себе сразу два бокала. Потом вышел из помещения ресторана, попав в совершенно безлюдный, просторный, красиво декорированный свежими цветами в старинных вазах холл, и опустился на мягкий бежевый диван возле огромного окна с видом на море. Один бокал игристого вина я выпил еще по пути из ресторана, оставив его на стойке перед выходом.
Сейчас я сделал глоток из второго фужера, поставил его на журнальный столик и позвонил Дмитрию. Объяснив, кто я такой, спросил:
– Ты в Ницце?
– Да, во Франции, у отца в доме, – сказал Дмитрий.
Отлично, он еще не знал, что случилось.
– Понятно. Я сейчас тоже в Ницце, и мне обязательно надо с тобой встретиться. Какие у тебя планы? – спросил я.
– До обеда я свободен, а потом вместе с отцом мне надо быть на встрече. Он тоже здесь, – спокойным голосом сказал парень. – Слушай, я не в курсе твоих дел с банком. Не думаю, что нам есть что обсуждать, и вряд ли я буду тебе полезен.
– Нет, Дмитрий, наша встреча не имеет никакого отношения к банку твоего отца. Я не хотел бы обсуждать это по телефону. Но все очень серьезно, касается тебя лично и не терпит отлагательств. Поверь мне! Мог бы ты подъехать к двенадцати в Монако? Еще раз повторяю, это чрезвычайно важно для нас обоих, – отчеканил я.
– Да? Странно как-то, – произнес парень. – Теоретически, конечно, могу. Но мне надо будет потом обратно ехать домой, час туда и час обратно. Может, лучше ты подъедешь куда-то поближе, и мы встретимся в Ницце, к примеру, в баре Negresco?
– Будет очень проблематично. Дима, прошу тебя, давай увидимся в Монако. Нам понадобится не больше получаса, чтобы кое-что обсудить. Поверь мне, это важно, – сказал я.
Hotel Negresco находился на расстоянии меньше пятисот метров от здания, где уже вторые сутки лежало тело его мертвого отца.
Кроме всего прочего, в случае внезапного нападения на улице со стороны кого-либо Монако с их бесчисленными видеокамерами на каждом углу и кучей полицейских как в форме, так и в штатском, беспрестанно патрулирующих улицы, было в данный момент самым безопасным для меня местом. Также при всей открытости границ и общей работе местных и французских правоохранительных органов Монако тем не менее формально являлось другим государством, и в случае шумихи с убийством Савинова у меня был небольшой резерв по времени.
– Любопытно, – протянул Дмитрий. – Ну хорошо. Где встречаемся?
– Ты знаешь ирландский паб неподалеку от Макдоналдса на улице внизу?
– Это тот, что почти напротив Японского сада, только надо подняться и пройти немного вперед по улице, параллельной набережной? Если это он, тогда знаю. Такой барчик для местных алкоголиков.
– Да. Выпьем там по бокалу «Guinness» и поговорим.
– Ладно, буду, – сказал он, и мы попрощались.
Мне надо было собираться и выезжать, чтобы успеть к назначенной встрече. Единственным позитивным моментом в том, что Галина куда-то так рано уехала, был выигрыш по времени и надежда, что труп Савинова обнаружат уже после моего общения с Дмитрием.
Сам собой возник вопрос: установлена ли сейчас за мной слежка или она начнется только тогда, когда я приеду в Люксембург? Учитывая, что я еще был нужен живым и невредимым, а также то, что для всех интересантов было очевидно, что мне необходимо встретиться с сыном Савинова, чтобы вместе постараться понять, в каком банке находится сейф, то серьезной опасности я пока не видел.
Я был уверен, что те, кто стоит за Галиной, или те, кто убил Савинова, дадут именно мне дойти до ячейки. Я точно смогу это сделать, а получится ли у других? Однозначного ответа не было. Таким образом, только после выхода из банка они сделают все, чтобы произвести изъятие у меня ценностей. Останусь ли я потом жив или нет, никого не волнует. Думаю, что мне придется умереть. Однако это их план, но не мой…
На автобане совершенно не было машин, и до Монако я добрался очень быстро, так что у меня оставался еще почти целый час до нашей встречи. Периодически я смотрел в зеркало заднего вида, ожидая увидеть какую-то подозрительную машину, но ничего не обнаружил.
Припарковавшись на центральной общественной подземной парковке под площадью Grand Casino, я зашел в табачный киоск, находящийся в здании Casino Cafe de Paris, и про запас купил себе пять небольших сигар марки AVO Syncro Nicaragua Robusto, к которым получил на кассе маленький бело-черный коробок спичек с надписью Monte Carlo.
Никуда не торопясь, я прошел мимо Grand Casino, выстроенного в стиле Наполеона III, закрытого в это время Buddha-Bar, спустился по мраморной извилистой лестнице, миновал маленькую площадь отеля Fairmont Monte Carlo, сплошь уставленную дорогими автомобилями, и зашел на несколько минут в кофейню Starbucks. Это удивительное место, откуда открывается потрясающий вид на огромных альбатросов и чаек, в изобилии летающих в лучах полуденного солнца на фоне ярко-синей глади моря.
