Лутхи, каждый по-своему, каждый на своём месте, копошились, выглядывая из лежи и снова погружая в неё свои нелепые маленькие головы. Пару раз они даже окликали друг друга (какие тонкие пищащие голоски!), но так и не выглянули синхронно. По тому, что ни один, ни другой так ни разу не остановили взгляд на Ларе, Лессе, маме или отце, можно было с уверенностью сказать: грунов они не видят...
Всё это продолжалось до тех пор, пока не стало ясно, что мама впала в какое-то новое стабильное состояние. Может быть, это был стабильный ужас, может, стабильное негодование, отчаяние или безумие...
Лара осторожно подплыла к тому, что было - могло быть - Локусом. Лутх дышал им так же запросто, как дышал бы обычным куском лежи.
- Локус... Он умер?
- Наверно. Вон он какой... размазанный.
- Лесс, я так не могу!..
Какая-то маленькая ошибочка стоила жизни её брату? Почему нельзя исправить то, что было просто случайностью, чего запросто могло не быть!
Лара не хотела ничего решать, ни о чём сожалеть. Просто хотела, чтобы всё было как раньше.
- Чего не можешь? - переспросил Лесс.
- Ничего. Ничего не могу...
- Я знаю. Их надо спрятать, - сказал вдруг Лесс.
- Кого? куда?..
- Да этих. Мы сделаем всё как было. И... и маме станет лучше, когда она увидит, что всё как раньше.
Лесс как будто читал Ларины мысли!
- Не так-то это просто... - засомневалась она.
- Просто. Смотри.
Лесс одним точным пассом (а телекинезом он владел отлично) выбил из под "беспокойного" лутха остатки бедного Локуса, повернулся к лутху Љ2 и сильно вжал участок лежевой стенки, за который тот держался. Оба лутха потеряли и опору, и возможность дышать. Оба задыхались, барахтаясь в межлежевом пространстве.
- Так нельзя! - закричала Лара.
- Почему?
- Ты их убиваешь!
- Да я вообще их не трогаю.
- Убиваешь!
- И не трогал.
- Но ты... ты... - Лара прикрыла глаза. Ей не хотелось на это смотреть. И не хотелось осознавать, что она может это прекратить. Так же легко, как Лесс это начал (почти так же - дистанционные воздействия давались ей чуть хуже)...
Лутхи хрипели.
Лара приоткрыла один глаз. Из зубастого рта лутха Љ2 шла грязно-белая пена, и это всё, что она успела увидеть, - снова закрыла...
Вскоре хрипение прекратилось. Был слышен только мерный шелест лежи да то, как возится Лесс.
- Лесс, что ты делаешь?
- Я сейчас. Не открывай глаза.
