Иногда я подумывала вытащить Аньку в кафе, посплетничать – но снова оказывалась наедине с Аликом в старомодном гнездышке с уютно светившей лампой и возродившимся к жизни фикусом и не могла заставить себя уйти даже на пару часов. Мы часто сбегали на крышу, и при свете дня я наконец-то по достоинству оценила открывавшийся оттуда вид: внизу простирались бесчисленные крыши городских домов, а вдали вставал громадой деловой центр, за который каждый вечер опускалось солнце…
Кстати, Алик действительно нашел применение моему человечку с солнышком – в один прекрасный день мой красавец с гордостью продемонстрировал рисунок, перекочевавший на внутреннюю часть его левого предплечья. Вот вам и «логотип». Придя в ужас от столь радикального решения, я стала благоразумно прятать все свои случайные каракули – никогда ведь не знаешь, что еще может послужить источником подобного вдохновения…
Сегодня мы приехали на собрание клуба вместе. Похоже, после истории с неумелым «расследованием» Алику вздумалось меня контролировать. Я не возражала – не то чтобы совсем отказалась от идеи «выпытывать и вынюхивать», скорее решила взять тайм-аут. Меня распирало от желания поделиться подслушанным с Анькой, но Алик так настаивал, чтобы я ничего ей не говорила…
Мила держалась по привычке доброжелательно и ровно, ничем не выказывая «особого» отношения к моей подруге. Похоже, Гений действительно умел убеждать, потому что его помощница предсказуемо встречала посетителей клуба у порога и носилась с угощением. Если бы не страдание, застывшее в глубине ее зрачков-колодцев, я решила бы, что неверно истолковала услышанное – или мне все это приснилось.
В самых витиеватых выражениях испросив согласия у Аньки, Гений дал слово Миле, успевшей претворить в жизнь первый этап операции «Возмездие Недоумку». Познакомиться с парнем не составило труда: как явствовало из фотографий в соцсети, субботние вечера он проводил в любимом караоке-баре. Я уже заранее сочувствовала Миле, наверняка ставшей свидетельницей очередного его сольника под девизом «Пить и петь». В случае Кирюши одно без другого не существовало, в этом я убедилась во время одного из «двойных свиданий», когда мы с моим актуальным на тот момент кавалером не знали, в какую преисподнюю провалиться со стыда за Недоумка, а моя подруга пыталась тактично отобрать у него то бокал, то микрофон. Помнится, я еще долго не могла «разслышать» эти завывания…
Надо отдать должное Миле: несмотря на истерику, свидетельницей которой я стала, к заданию она подошла деловито и творчески. Нежная Дюймовочка вряд ли проявила бы инициативу в знакомстве с Кротом, вот и Мила выбрала пассивную позицию. Ей, в полной мере отвечавшей вкусам Кирюши, достаточно было исполнить в общем зале одну слезную песню – оборони Создатель, не на английском, этого наш «интеллектуал» не выдержал бы! – чтобы он тут же закрутился рядом.
Уже через пару часов интернет-страничку Недоумка украсили фотографии в компании прелестной спутницы. Судя по корявым безграмотным подписям, он рассчитывал на продолжение знакомства с «принцеСой». Я почти физически уловила сковавшее Аньку напряжение: за все время отношений Кирюша удостоил ее размещением лишь одного снимка – с того самого «двойного свидания», где три наших перекошенных от его вокала физиономии проходили под подписью «Мои кореша».
Дальше – больше. Не выходя из роли хрупкой страдалицы, Мила умудрилась развести нового знакомого на два дорогущих коктейля. А потом записать на диктофон кусок разговора с основательно подогретым алкоголем Недоумком – это было сделано столь мастерски, что я невольно задалась вопросом, а первая ли это подобная «операция» для нашей статуэточки.
– Ты только не убегай, оставь телефончик… – монотонным голосом, пытаясь сохранить остатки концентрации, упрашивал перебравший Кирюша. – Знаешь… вот увидел тебя, и все… Со мной такого еще не было, хотя баб перевидал много. Если исчезнешь, буду каждый вечер сюда приходить… ждать. Пить… и петь… тебе.
Боже праведный, окружающие-то в чем виноваты! И, усиливая мой ужас, диктофон разразился хрипловато-заунывной балладой, которую подпивший Недоумок со всем размахом пошлого пафоса посвятил новоиспеченной даме сердца. Щадя чувства Аньки, мы с Аликом избегали смотреть друг на друга, иначе точно покатились бы со смеху.
– Телефончик? Мне кажется, ты слишком торопишься, – зазвучал еле слышный сдержанный голосок Милы. – Я приду сюда через несколько дней. Может быть, в пятницу… или в субботу, еще не решила. Тогда и увидимся снова.
– Я буду ждать! Неважно, когда ты решишь прийти, я буду на месте, – с не свойственной подобной стадии опьянения горячностью пообещал Кирюша. Похоже, крепко его зацепило…
