После завтрака Энни проплакала в комнате еще целый час, а потом вышла к родителям, чтобы провести с ними вместе время и посмотреть фильм. Она видела опухшие глаза отца, он тоже уходил то в спальню, то в уборную и тихо плакал, а после умывался и как ни в чем не бывало продолжал улыбаться. И так целый день слезы настигали то его, то Энни, а миссис Ноанс просто делала вид, что не видит этого. Так всем было легче переживать беду.
Уезжать от родителей в такой день совсем не хотелось, но договор нарушать было нельзя. Проблемы с деньгами в семье Ноанс уже были, и, если бы Энни сказала, что влезла в долги из-за обучения, это могло плохо сказаться на здоровье матери. Она выглядела как обычно, только немного уставшей. Больше разговор о болезни не заходил, и родители вели себя так, как и всегда: шутили, лежали в обнимку возле телевизора и смеялись. Энни даже начала сомневаться к вечеру, а было ли утром все это. Но, увидев на комоде те самые документы с результатами анализов, тут же поняла, что да. Это реальность. И, с болью преодолевая расставание в такой тяжелый момент, Энни утешала себя мыслью, что еще всего лишь месяц с небольшим, и она снова будет дома. Но есть ли в этом какой-то толк, если ничем, кроме своего нахождения рядом с матерью, она помочь не сможет? Девушка сразу решила экономить, чтобы скопить хоть сколько-то. Возможно, эти деньги родители сначала не возьмут, но тогда есть вариант оплатить лечение заранее, а потом предъявить как факт.
За двадцать минут до выхода Джози написала, что ее машина вышла из строя. Она предлагала дождаться, когда приедет ее дядя и устранит поломку, правда, во сколько это будет и будет ли вообще сегодня, девушка не имела понятия. Но Энни отказалась от этого предложения. Пропустить рабочий день завтра она не могла. И рисковать она не хотела.
Всю дорогу к автобусной остановке Энни перебирала варианты, как же еще можно помочь родителям, помимо заработанных за два месяца денег.
Ночь стояла холодная и темная. Фонарь возле остановки то и дело выключался, создавая предчувствие, что вот-вот должно случиться что-то плохое. До автобуса оставалось целых тридцать минут и даже больше, поэтому девушка неспешно достала приготовленные мамой в дорогу сэндвичи с тунцом и открыла бутылку минеральной воды.
Энни отвлек остановившийся перед самой остановкой автомобиль. Это была не Джози. Не ее машина. Фары погасли, и Энни тут же покидала все разложенные вещи в рюкзак, готовясь бежать. В голове сразу возникла сцена, как приехавшие против воли усаживают ее в машину, делают то, что хотели, а после выбрасывают полуголую на обочине. Если вообще живую. Тут Энни вспомнила про наставления Карен о том, как важно иметь под рукой перцовый баллончик, и вытащила его из дальнего кармана рюкзака, держа большой палец на кнопке.
Из машины вышло двое парней, третий остался за рулем, все они были в капюшонах и черных масках, закрывавших половину лица. Они шли быстро, но Энни успела выбежать из остановки на дорогу в надежде, что кто-то проедет мимо и поможет ей. Но крепкая хватка одного из парней больно сдавила ей талию.
– Пусти! Что вы делаете?! – выкрикнула Энни, что было сил. – На помощь! Помогите!
Грубая ладонь сжала рот девушки, и парень пихнул ее на заднее сиденье. Энни уперлась ногами и сопротивлялась до последнего, пока не почувствовала сильный толчок в спину. На большой скорости проехал автомобиль в Вольтербург. Парень за рулем повернулся к упавшей на сиденье девушке, и та с силой нажала на красную кнопку баллончика. Раздался оглушительный крик водителя, и Энни улучила секунду, чтобы выбраться через оказавшуюся открытой с другой стороны дверь, пока те двое занимали свои места. Один из них вцепился в ногу Энни, и девушка двинула ему пяткой прямо по лицу.
– Вот сука! – выкрикнул парень.
