– И зачем темному магу могло понадобиться проклинать своих же людей? – спросил Дрейк, поднимаясь и с раздражением пиная ржавый сейф. – Я сдаюсь. Дата рождения не подходит – ни его, ни его матери. Дата постройки Хэксбриджа и принятия Людвига в Верховный Ковен – тоже. Какую еще комбинацию из шести цифр он мог придумать?
– Может, попробовать одну из тех, о которых он писал в своем дневнике? – предположила Деми. – Как жаль, что мы не взяли его с собой!
– Да нет, я же сфотографировал все страницы. Сейчас посмотрю, – оживился Дрейк и принялся копаться в телефоне. А затем попробовал вновь и вновь. Вдруг раздался громкий щелчок, и дверь сейфа подалась вперед.
– Получилось! – воскликнул Дрейк и, напрягшись, потянул тяжелую дверь на себя. – Тринадцать, ноль восемь, восемьдесят восемь. День, когда умерла Антуанетта.
Действуя очень аккуратно, он вынул из сейфа и сложил на большой камень кошель с монетами, старинный проржавевший револьвер и потрепанный дневник в кожаной обложке. Деметра раскрыла слипшиеся страницы и разочарованно вздохнула – за прошедшее столетие сырость полностью размыла весь чернильный текст.
Из всего дневника сохранились только две последние страницы.
«…сентября, 1888 года. Больше месяца прошло с того момента, как Ортруна Далгарт – женщина, называющая себя моей матерью, – вошла в Верховный Ковен. По ее инициативе всех светлых теперь отлавливают и истребляют, как дикое зверье. Они не могут сопротивляться. Благодаря «Гласу Ворона» мы отныне превосходим их в силе. Поистине темная эпоха наступает в нашем мире.
17 ноября 1888 года. Большинством голосов молодой Винсент Ларивьер избран новым магистром. Он основал Штаб охотников, которые теперь должны не только убивать светлых, но и собирать их кровь для наших зелий и заклинаний.
23 января 1889 года. Началась война. Магистр Ларивьер с армией темных магов пошел против светлых всего мира. Те магические города, которые откажутся повиноваться, будут уничтожены. Милая Антуанетта, во что же я превратил этот мир…
30 июля 1889 года. Моя мать ушла из Ковена и укрылась в своем замке в Хэксбридже, намереваясь встретить там свою смерть. Она свершила месть и успокоилась. А я не нахожу себе места ни под небом мира людей, ни под небом Нью-Авалона, красным, как кровь светлых, что пролилась по моей вине. Я должен все исправить. Я должен снять проклятие, возникшее из-за моей ошибки. Я должен спасти светлых.
18 декабря 1889 года. Я не могу оставаться среди людей после того, что я натворил. Новые исследования ждут меня, но не здесь. В северных горах Нью-Авалона достаточно пещер, готовых приютить отчаявшегося странника. Я уйду навсегда, но перед этим постараюсь уничтожить память обо мне».
– Я была права! Проклятье Ворона возникло из-за Людвига и его изобретения! – воскликнула Деметра. – А магистр! Сколько же ему теперь лет?
– Понятия не имею, – в тон ответил Дрейк, пораженный прочитанным. – В учебниках истории об этих событиях написано только в негативном для светлых ключе…
К шуму дождя и звуку изредка падающих камней добавился новый, резко отличающийся. Чьи-то шаги. Кто-то еще был в Найтмер-хаусе. Кто-то шел по их следу.
Дрейк быстро сфотографировал страницы дневника, сунул его в сейф и захлопнул громко скрипнувшую дверцу. А затем шагнул вперед, готовый прикрыть Деми собой, если придется. Она взяла его за руку, другой рукой сжимая в кулаке свой магический кулон. Темный силуэт спрыгнул вниз из разрушенной комнаты и прошел вперед, выходя на свет.
Это был Дориан. И Деметра, кажется, впервые выдохнула с облегчением, узнав охотника. Когда он подошел ближе, ей пришлось представиться, чтобы снять действие маскирующего зелья.
– Смотрю, вы все развлекаетесь? Рубина сказала, где вас искать, – проговорил Дориан нарочито скучающим тоном. Его одежда – черные джинсы и кожаная куртка выглядели сухими, словно дождь их не коснулся. Даже на волосы не падало ни капли. – Не то чтобы я находил интересным копаться в древностях… Но вы вдали от города, и сейчас это даже хорошо… Рицци Альфано сообщила мне, что недавняя информация насчет местонахождения Деметры, увы, не подтвердилась. Магистр вызывал меня Штаб. Он надеялся на хоть какую-то помощь. Я отказался. Это все равно никак не повлияло бы на то, что сейчас происходит в Эмайне.
– А что происходит в Эмайне? – уточнил Дрейк.
– На Деметру Лоренс вновь объявлена охота. За двое суток они намерены прочесать весь город, а затем, если ничего не найдут, охотники вернутся в Хэксбридж. И начнут все заново, – зловеще усмехнулся Дориан. – Забавно, что на это дело брошено больше людей, чем на расследование вчерашнего нападения ордена Монтеры. Еще и слухи вновь поползли… О том, что это светлые убивают членов Ковена.
Дрейк достал пачку сигарет.
– И что теперь делать? – разочарованно спросил он закуривая. – Мы же не можем проторчать в этом замке аж двое суток!
Все вместе они стали подниматься обратно на галерею.
