Болота подступили к замку так близко, что почва хлюпала под ногами. Казалось, один неверный шаг, и ты угодишь в самую трясину. После остановки колеса экипажа наглухо увязли, и кони, сколько ни старались, не могли сдвинуть карету с места.
– Придется что-нибудь придумать, когда мы вернемся, – покачал головой Дрейк и потянул Деми за собой к замку.
Он держал ее за руку, и Деметра была ему за это благодарна, потому что место оказалось не просто жутким – оно словно явилось из страшного сна. Дождь не переставал, а из-за низких багровых туч все вокруг выглядело зловещим и опасным.
– И никто не догадался взять зонтик, – пробормотала Деметра. За пару минут, проведенных на улице, ее волосы намокли, тонкие струйки воды начали стекать по лицу.
«Макияжу конец», – заключила она, вытирая рукавом крупную каплю с носа. Тонкая ткань блузки тоже не могла противостоять силам природы. Завывающий в руинах холодный ветер продувал шелк насквозь.
Дрейк посмотрел на нее с сочувствием.
– Прости, я пока не так силен, как Рубина, – сказал он, ладонью зачесывая мокрые волосы назад. – И плохо умею вызывать предметы из ниоткуда. Зато я отлично справляюсь с базовыми чарами, немного знаю о регенерации и управлении стихиями.
– Значит, ты можешь остановить дождь? – с надеждой спросила Деми.
– Нет, – рассмеялся парень. – Я пока только учусь.
Деметра вздохнула. Стараясь не обращать внимания на промокшую одежду, они поднялись на верх холма по узкой, размытой тропинке и оказались у главных ворот.
Массивные двустворчатые двери наверняка были защищены магией – они выглядели нетронутыми временем. Возможно, их установили недавно, а возможно, они были зачарованы так изначально. Как бы там ни было, даже разрушенный замок был надежно закрыт от мародеров и случайных посетителей.
Вскоре стала понятна причина сей предусмотрительности: площадка перед главным входом оказалась местом паломничества для почитателей Людвига Далгарта. Все стены на уровне первого этажа были исписаны признаниями, просьбами, приветствиями. Виднелись вполне обычные граффити, нарисованные краской из баллончика, выцарапанные кем-то на камнях надписи, рисунки маркером. «Слава создателю проклятия Ворона», «Великому магу, изгнавшему свет!», «Жди нас в вечности» – можно было прочитать на древних камнях.
Дрейк достал из кармана старинный ключ и отпер замок, приложив немалое усилие. Со скрипом и скрежетом дверь поддалась.
– Что здесь произошло? – спросила Деметра, заходя за Дрейком внутрь.
– Ходят слухи, что Людвиг сам взорвал свой замок перед тем, как исчез с Нью-Авалона.
– Он не исчез, – возразила Деми и наткнулась на недоуменный взгляд спутника. – Он ушел в горы на севере острова. Вчера прочитала в архиве.
– Никогда не слышал об этом, – задумчиво протянул Дрейк, словно сомневаясь в том, что Деметра могла знать о магическом острове что-то, чего не знал он.
Ветер гулял по огромному и темному, обветшалому холлу, сложенному из черного камня. Некогда мраморный пол сейчас был частично засыпан обломками и сероватым песком, а дождь проникал внутрь сквозь зияющую дыру в высоком потолке. Задрав голову и всмотревшись в обрушенные перекрытия крыши, можно было различить красноватое небо. Парадная лестница вела на галерею второго этажа, обрываясь ближе к концу так, что гостям пришлось бы совершить прыжок над пропастью, чтобы подняться наверх. От дорогой мебели остались жалкие остовы, сгнившие и почерневшие.
– Это место Людвиг называл Найтмер-хаус, – тихо сказал Дрейк, включая фонарик на телефоне и проходя вдоль каменных стен, на которых еще можно было различить крепления канделябров.
– Дом ночного кошмара… – прошептала Деметра, оглядывая жутковатую обстановку. – Что нам здесь нужно?
– Говорят, что замок был одним из первых строений на Нью-Авалоне. Покопавшись в нашей библиотеке, я нашел еще кое-какие записи и выяснил, что после разрыва помолвки с Антуанеттой Людвиг отправился именно сюда, вместе со своей матерью, – сообщил парень. – Ворон был изобретен здесь, а не в Далгарт-холле, как все считали.
– Получается, Людвиг жил здесь и после смерти Антуанетты. Он взорвал замок не просто так, а для того, чтобы скрыть, чем он тут занимался, – догадалась Деметра. – Вряд ли нам удастся здесь что-нибудь найти.
– Давай хотя бы попробуем, – пожал плечами Дрейк.
Прогулку по уцелевшим комнатам первого этажа было сложно назвать приятной. Деми вцепилась в руку Дрейка, вздрагивая от каждого шороха. Под ногами то и дело оказывались крупные камни, серебряные подсвечники, осколки статуй и стекла. Вид заброшенных, когда-то изысканных интерьеров вызывал гнетущее чувство тоски.
Стены, некогда обтянутые дорогими тканями, теперь покрывали пятна плесени, сплетавшиеся в огромные тошнотворные узоры. Сложно было представить, что на истлевших креслах и диванах восседали изнеженные аристократы, а огонь в ныне холодных, разваливающихся каминах создавал атмосферу уюта. Предметы искусства, музыкальные инструменты, резные комоды, столы и стулья – все в Найтмер-хаусе сгнило, рассохлось или рассыпалось.
