— Хорошо, — бесцветно согласился тот.
— Поедешь с нами? — спросила Олеся.
Стас подернул плечами:
— Ладно.
Ян съехал на обочину и позвонил Лукашу Бржизе, коллеге, с которым наткнулся на древний склеп. Он думал об этом с самого утра, думал о набожности Лукаша, о его тревоге, когда под слоем земли показалась железная дверь. Лукаш мог помочь, стать Ван Хельсингом, если он правильно понял образ героя со слов Олеси.
Всю дорогу Ян мысленно выстраивал разговор с Лукашем, продумывал стратегию, аргументы, но сейчас, с истекающим гудками вызова телефоном, прижатым плечом к уху, все слова показались ему неуместными, нелепыми.
— Ян, — раздался в динамике тихий, будто двигающийся на ощупь голос Лукаша. — У тебя все в порядке?
— Не совсем, — ответил Ян. — Иржи, он… погиб. И мне нужна твоя помощь, чтобы остановить того, кто это сделал. Выслушай меня, Лукаш, это покажется странным, даже безумным, но выслушай меня…
Лукаш выслушал и после тяжелой паузы засмеялся, как-то странно, испуганно, заговорщически. Он поверил. И согласился.
— Пошли нам святых ангелов, чтобы они защитили нас и отогнали злого врага, — прошептал Лукаш в трубку и сказал, что будет готов через двадцать минут.
Прежде чем завести двигатель и выгнать машину на дорогу, Ян взглянул в зеркальце заднего вида на своих пассажиров. Турист сидел неподвижно, с туманными глазами, вперившись в подголовник водительского кресла. Олеся смотрела в боковое окно. Ян проследил за ее взглядом.
Оставленные кем-то безделушки, символы, если угодно. Они покачивались на ветру под шевелюрой высокого дуба, в метре над выгоревшей на солнце травой, свисали с ветки, праздные и кроткие. Деревянная фигурка. И плюшевая овечка.
Фигурка — на проволоке, продетой в дырочку в руке человечка, овечка — на черном шнурке. Петля была затянута вокруг шеи мягкой игрушки. Длинноногая деревянная кукла касалась пальцами грязно-белого бока овечки, будто гладила повешенное животное.
Яну захотелось выйти из «опеля» и снять овечку, но он не стал этого делать.
В багажнике автомобиля лежал полудохлый вампир.
* * *
Около четырех часов дня Лукаш сел на переднее сиденье «опеля», и они молча поехали на юг.
По дороге в пригород миновали несколько полицейских фургонов, припаркованных у обочины. На коленях Лукаша лежала Библия. Ян был уверен, что под плотной рабочей курткой напарника висит серебряный крест. Это немного, но успокаивало.
По мере приближения к строительной площадке, к склепу, в машине уплотнялся туман тревоги. Разве что Стас не разделял общего беспокойства.
По обеим сторонам трассы тянулись остриженные луга, спрессованное в бурые катушки сено доходило на солнце. Затем по рогатинам заструился хмель, а на взгорки поползли черепичные ступени фермерских крыш. Далекая церквушка пряталась в фиолетовой тени грозовой тучи. Лукаш перекрестился. Седина его волос утратила благородную серебристость — тусклый иней на потемневшем дереве.
В открытые окна тянуло прохладой, ветер трепал волосы Олеси, старался утянуть в окно. Ян подсматривал, как девушка терпеливо сносит эти заигрывания.
За конной площадкой начиналась каменная ограда мрачной виллы, поросшая мхом и пузатыми балкончиками. Угловые башенки, мансарды, сланцевые колпаки острых крыш, флюгеры и печные трубы.
Ян свернул направо и покатил по проселку к котловану.
______________________
Дурак (нем.)
Вязкий туман выползал из подлеска, словно в древесной тени прорвало какие-то природные трубы, стелился и стекал в яму. Над котлованом ярко светило солнце. Мгла съеживалась под лучами, распадаясь на лоскуты, но тут же собираясь вновь. Влажный воздух щекотал легкие.
— Значит, главный вампир придет за своим другом? — спросил Лукаш.
— Таков план, — неуверенно кивнул Ян. — Шанс, которым мы постараемся воспользоваться.
Джон Ди, придворный алхимик Рудольфа II, лежал в пяти метрах от двери склепа. Голову вампира накрыли строительным жилетом. Время от времени по конечностям существа пробегали судороги.
Археологи огородили гробницу сигнальной лентой, но строительная техника осталась на месте: видимо, еще не пришли к единому мнению о судьбе котлована, или государство решило продолжить раскопки силами строительной компании. Ян удивился, что объект пустует — ни одного ушлого специалиста, присматривавшего за исторической находкой. Похоже, из усыпальницы вывезли все ценное и… в страхе бежали прочь.
Вздор. Но судя по тому, как складывались последние дни, вздором было все: и колья, изготовленные из черенков лопат; и самосвал с камнями (ключи от техники хранились у Лукаша, и это было одной из причин, по которой Ян позвонил напарнику) на краю ямы; и надежда на то, что истерзанные останки приманят Дракулу.
Ян хлопнул в ладоши:
— Ну, по местам.
Экскаватор замер у восточной стены котлована, укрепленной сваями. Ян согнал его по въездному пандусу на дно ямы и развернул платформу стрелой к двери склепа. Занял позицию у левой гусеницы. На стальных траках лежали топор и деревянный кол. Ян провел пальцами по грунтозацепам ленты, коснулся рукоятки топора и поднял голову.
